Россия, смирись – иначе…

«Перегрузка» перезагружаема

Россия, смирись – иначе…

Американский самообман, заключающийся в том, что период затишья после холодной войны внезапно закончился из-за присоединения Россией Крыма, ошибочен по нескольким причинам. Главное, что последовательность периодов никогда не прерывалась. Каждая предполагавшаяся оттепель в отношениях обеспечивала США пространство накопления кумулятивного наращивания вооружений, глобального проникновения на рынки, нацеленность на создание государства национальной безопасности; пусть Россия никак не сама невинность, но всё же Америка в этом с легкостью её превосходит с любой стороны: широким ряд военных интервенций, усилиями в смене режимов и успехами в этом (достигнутыми путем размашистых полувоенных операций), величиной военных расходов (даже как доли ВВП) и уровнем идеологических условностей в поддержку военных методов и доктрины перманентной войны. Мы говорим о российском тоталитаризме, но ничего не говорим о подоплёке идеологической заумности Запада и, в особенности, Америки, которые приучают свои народы уравнивать свободу и демократию с организациями и деятельностью передового капитализма – никаких других стандартов не предлагается. (В Америке равенство демократии и капитализма и последствия сужения позволенных идеологических ограничений установлены изначально).

Сегодня «путинизм» стал предпочтительным термином для внушения собирательного образа Гитлера-Сталина, как заклятого врага Америки, проникнув глубоко в национальную душу. Исключительность стала всепоглощающим хвастовством, притупляя моральное восприятие и требуя послушания – с 1945 года уже пошло прогрессирующее сжатие ограничений, ныне добавляющее к капиталистическому абсолютизму сильный антисоциализм, который создает усиленный этноцентризм и ксенофобию. Комбинация промышленной, торговой и финансовой мощи, особенно после мировой войны, которая опустошила Европу и Россию, с самого начала создала условия для претензий Америки на глобальную гегемонию. Сегодня с точки зрения Соединённых Штатов эта ситуация агрессивности и превосходства не изменилась, что делает возникновение многополярной системы и тогда и теперь просто немыслимым; Россия вне зависимости от её политики – отвечает ли она или нет на действия США – непримиримый враг, но в настоящее время эта паранойя направлена и на Китай.

«Перегрузка» в замороженных холодной войной американо-российских отношениях с изначально была мошенничеством, и на самом деле лишь вышла на поверхность с Рейганом и его бессмысленным бормотанием о том, что нужно смотреть в глаза сопернику, одновременно используя все рычаги до последнего, которые могли, по-видимому, вызвать расчленение Советского Союза. Немногие американские президенты ранее задумывались о мирной риторике, объявляя Россию международным преступником в рамках мирового сговора. Эта идея произвела впечатление и до сих пор поражает восприимчивых. Рассмотрим доказательства, представленные Питером Бейкером 24 марта в статье «Нью-Йорк Таймс» «Три президента и загадка по имени Путин», которая, при всём его явном восторге анти-российской позицией на протяжении всей статьи, приводит к отличному подробному освещению вопиющей враждебности. Слегка коснувшись Клинтона и Буша, он пишет, что при Обаме происходило постоянное ухудшение отношений «вплоть до того, что отношения между Россией и США теперь находятся в наихудшем состоянии с момента окончания холодной войны».

И конечно же, вина лежит на Путине. Бейкер пишет: «В течение 15 лет Владимир Путин ставил в тупик американских президентов, пытавшихся постичь его, и лишь для того, чтобы раз за разом они составляли о нём неверное мнение. Он не поддавался их оценкам и отвергал их усилия установить дружеские отношения. Он ссорился с ними, читал им лекции, вводил в заблуждение, обвинял их, заставлял ждать, заставлял гадать, предавал их и чувствовал себя ими преданным». Переведём: его грех, как он возражал, был не в не должном послушании августейшему руководству США, не в страхе от той силы, которой они командовали, нет; его грех упущений в том, что он не вводил санкции из-за интервенций США и НАТО, не приветствовал протоколы МВФ по строгой экономии, приватизации и торговле, не демонстрировал хорошее поведение в международном сообществе мириадами разных способов, т.е. не проявлял положенную ему само-субординацию, ведь покаяние за действия сталинизма, по общему мнению, должно было продолжаться, и требовалось всецелое очищение от прошлого для того, чтобы полностью ощутить дух рыночного фундаментализма. Завершающий пункт Бейкера, гласящий, что «Путин чувствовал себя преданным ими», несомненно относится к нарушенным обещаниям Запада, в частности условиям реинтеграции Германии и разрешению напряжённости между Востоком и Западом, расширению НАТО на Восток, что в настоящее время проявилось в Крымском кризисе, ведь украинский коридор вплоть до российской границы потенциально вскрыт путём переворота. Ощущение предательства в данном случае имеет основания, Польша и Литва уже стоят в воинственной позе, обратившись на Восток, а Киев активно ищет связи с ЕС, что может привести и к членству в НАТО.

В поистине характерной для «Нью-Йорк Таймс» манере в отношении сообщений о России (т.е. ведя нечестную игру) – а ещё можно прибавить Китай, Кубу и Венесуэлу – Бейкер пишет, что три президента пытались «придумать исторические, пусть и фальшивые, новые отношения с Россией, и лишь для того, чтобы их усилия были торпедированы жёстким мастером боевых искусств и бывшим полковником КГБ… и они недооценили его глубокое чувство горечи». Путин – недостойный автократ. Советники президентов по национальной безопасности «видели Путина насквозь», но у них не было шанса попытаться «установить хорошие отношения». Исподволь, поскольку у него нет ничего, чтобы подкрепить этот пункт, Бейкер добавляет: «Возможно, что какая-то их политика испортила шансы на это, подлив масла в огонь недовольства Путина – например, расширение НАТО, иракская или ливийская война – но в конце, как они сказали, они вели дела с руководителем России, бывшем фундаментально не в ладах с Западом». Ах, Запад, священная усыпальница геополитики, со свободой и справедливостью для всех – Путин ему неприятен вплоть до признания его виновным, ведь он не купился на миф о международном капитализме!

России следует применить своё лекарство, вежливый отказ, чтобы соответствовать американскому господству, как отмечал Джеймс Голджиер, декан международных исследований Американского Университета: «Запад сконцентрировался на идее, что Путин – прагматик и реалист, который будет сотрудничать с нами вне зависимости от обоснованности общих интересов. Мы позволяем этой убежденности затмить заявленную им цель ревизии соглашений на момент окончания холодной войны, когда Москва потеряла значительную территорию и наблюдала, как Запад захватывает её владения». Каким же должно быть мужество Путина, чтобы желать возврата утерянного Россией, территорий, захваченных Западом! Деннис Блэр, первый директор национальной разведки Обамы, говорит, что диктаторов следует считать кем-то вроде «внутренних политиков из другой партии, оппонентов, которые улыбаются в случае, если это служит их целям, и сотрудничают, когда им это выгодно, но в глубине души мечтают отодвинуть США от власти, они поставят США подножку, если представится такой шанс, и согласятся с ними лишь если США будут сильнее». Сила, как универсальный метод социальной справедливости.

Эрик Эдельман, заместитель министра обороны Буша, предостерегал, что «президенты США и западные лидеры» имеют тенденцию «считать чувство горечи фоновым условием, которое можно корректировать при учёте российских национальных интересов». Не очень-то, да и с чего уважать их национальные интересы, для начала? Дайте им дюйм, и они отхватят милю ( тема Жёсткости и Доверия неизменно определяет американское мышление), вот он и добавляет: «На самом деле, такие попытки неизменно воспринимаются, как слабость». Ещё лучше выразился Майк Роджерс, председатель комитета по разведке на встрече с прессой (23 марта): «Он (Путин) ложится спать, думая о Петре Великом, а просыпается с мыслью о Сталине. Нам необходимо понять, кто он такой, и чего хочет. Это может оказаться несоответствующим тому, чего мы ждали от 21 века». Такая политико-идеологическая атмосфера (примеров можно найти бесконечное множество) придаёт демонизации Путина благовидность, поскольку остается не обсуждаемой, и ещё потому, что выводятся из обсуждения провокации США и ЕС.

Бейкер ставит завершающий (некорректный) вопрос, который не оставляет выбора, кроме как продолжать конфронтацию: «Изменился ли мистер Путин за прошедшие 15 лет и стал в некотором смысле открыт, или он просто видит мир совершенно иначе, чем Запад, так, что оказывается сложно, если не невозможно, найти общие интересы?» Возможно, два взгляда на мир и конфликтуют. Разве обязательно это делает взгляд США предпочтительным?

Мой комментарий в «Нью-Йорк Таймс» на редакционную статью Майкла МакФола «Сталкиваясь с Путинской Россией» (от 24 марта), выражающую враждебность в отношении Путина и России, был написан в тот же день:

МакФол – идеальный голос администрации Обамы, пусть он сейчас и в Гувере. Он жаждет быть при деле (иными словами, рыночный фундаментализм или ИЗОЛЯЦИЯ, делайте свой выбор с помощью определяемых США международных законов и порядка). Да, Путин жёсткий, не раскаивающийся соперник Запада (колонка, связанная со статьей Бейкера, состояла из цитат американцев, дурно пахнущих враждебностью и инсинуациями относительно крупномасштабного военного конфликта), не желающий равняться на гегемонистские заявления США. Можно ли винить его? Честно говоря, я бы не стал.

МакФол говорит о неспровоцированной войне в Ираке, как так называемой обязанности. Как насчет прицельных убийств? Стратегия «Тихоокеанский регион превыше всего» ради сдерживания на другом фронте Китая? Глобальные полувоенные операции по смене режимов? Домашняя необъятная программа надзора, которая должна удовлетворить МакФоловскому определению автократии? Закон о шпионаже и преследование информаторов?

Путинизм, карикатурно изображаемый на Западе, предстаёт первоклассником в сравнении с Обамамизмом. Почему произошло вторжение в Крым? Разве на Украине не произошёл переворот? Разве в нём не было значительно участия самозваных ФАШИСТСКИХ сил? Разве не существует альянса США, ЕС, МВФ и НАТО с явно агрессивными планами о потенциальном продвижении сил и ракетных вооружений к границам России и возможного принятия в НАТО Украины?

МакФол, конечно, привержен своим взглядам, ему вторит, и не раз «Таймс». Но читатель видит в них дух войны, гнев от отрицания мирового превосходства, реванш на каждом шагу и демонизацию Путина для прикрытия доминирования.

Обсудить на форуме

В этой рубрике

Подтверждается американский план переворота в Венесуэле

США отвергают утверждения Мадуро, что дипломаты США участвовали в заговоре — «Рейтер» 22 мая 2018. ВАШИНГТОН («Рейтер») — В Госдепартаменте США во вторник заявили, что отвергают обвинения презид...

Подробнее...

Санкции, санкции, санкции — окончательный упадок гегемонии доллара?

Санкции слева и санкции справа. По большей части финансовые, налоги, тарифы, визы, запрет на поездки — конфискация иностранных активов, импортный и экспортные запреты и ограничения, как и наказание те...

Подробнее...

История жадности двадцать первого века

 Американские войны и упадок Задумайтесь об этом, как о всеамериканской версии человеческой комедии: великая держава, которая всегда знает, что нужно миру и ничего не слыша, даёт массу советов; ...

Подробнее...

Может ли Евросоюз стать партнёром России?

Переназначение (хотя и несколько в другой форме) «экономического блока» правительства Медведева вызвало много объяснений, некоторые из них лучше, другие хуже. Сегодня я хочу рассмотреть одну частную г...

Подробнее...

Всё зависит от ваших ценностей

Это была интересная неделя для России. Во-первых и вопреки моим ожиданиям, Юлии Скрипаль разрешили сделать записанное на видео заявление, на английском и на русском. Это никак не соответствует основны...

Подробнее...

Google+