Жизнь в аду: он-лайн преподавание

Жизнь в аду: он-лайн преподавание

Я давно слышал разговоры преподавателей университетов о том, как «он-лайн преподавание становится кошмаром», «он-лайн преподавание разрушает мою жизнь», «он-лайн преподавание высушило мне мозги», «он-лайн преподавание — новая и коварная форма деградации труда» и тому подобное.

Я по глупости  был склонен считать эти жалобы гиперболой, говоря, «не может быть, чтобы было так плохо».

С этим покончено. Теперь я понял. Эра COVID-19, которая превратила мой ранее очный класс в он-лайн-курс, оказалась весьма поучительной.

В любом случае, по моему опыту он-лайн преподавание хуже, чем всё, о чём я слышал или читал. Это кошмар.

Преподавание он-лайн впервые стало для меня угрозой здоровью этой весной. Это было смертоносно, и психически, и физически, когда на тебя сваливается огромное количество дополнительного, неоплачиваемого труда он-лайн, требующего энергии, которой у меня не было, на многие часы и часы набора, набора, набора на компьютерном экране и звонков, звонков, звонков в техподдержку и Интернет-провайдерам и компьютерным компаниям по телефону.

Неоплачиваемые и дополнительные новые он-лайн задачи и безумие? Да, действительно:

Многие часы исследований и заказ нового компьютера Dell в (частично неудачной) попытке достичь современной технической скорости для он-лайн переходов.

Многие часы отслеживания и звонков о долгих задержках в эру  COVID при доставке компьютера.

Многие часы, потраченные на он-лайн поиск и покупку камеры к моему старому компьютеру, чтобы обеспечить визуальное присутствие, пока не прибыл новый, на пятой неделе весны.

Многие часы, проведённые в попытке справиться с видео-инструкциями на  D2L веб-системе преподавания, видео Panopto, Zoom,  и так далее.

Многие часы в попытке определить, когда студенты могут присутствовать на он-лайн текстовых занятиях.

Многие часы набора, набора и набора ответов студентам в странной и  громоздкой системе D2L и в мейлах (Я в итоге выяснил, что физически невозможно ответить на все текстовые комментарии).

Многие часы установки и попыток организовать группу в Фейсбуке для занятий после того, как  D2L странным образом исчезла в начале занятия.

Многие часы печати и отправки групповых мейлов в попытке удержать географически разбросанных, отвлечённых, удалённых, безответственных и иногда несчастных студентов в группе и сконцентрироваться на занятии «низкого приоритета» («только история», ничего особенно важного).

Многие часы, проведенные в попытках определить, почему система XXX.edu’s Outlook email не позволяет мне загрузить работы студентов и что с этим делать.

Многие часы, потраченные на установку нового аккаунта Yahoo специально для получения работ студентов и отправки адреса нового аккаунта Yahoo.

Многие часы, потраченные на добавление и жонглирование различными браузерами в соответствии с идиосинкразией программного обеспечения  XXX.edu (Internet Explorer «не поддерживает D2L», а Chrome закрывает загрузки через XXX.edu Outlook email … значит, Firefox.)

Многие часы, проведённые на телефоне с (прекрасными и умными, но часто перегруженными) людьми с техподдержки  XXX.edu online и офиса технологий обучения  XXX.edu (обычно с ними приходилось справляться через мой персональный компьютер).

Многие часы, проведённые в попытке наладить мой  H-P ink-jet принтер после дурацкой попытки распечатать работы студентов для выпуска (я ненавижу читать работы на компьютере… это всегда кончается головной болью). (При их сбоях в процессе регистрации, когда вы сменили картридж. H-P занял особое место с пантеоне корпораций, который я ненавижу чисто лично).

Многие часы написания комментариев на работы через Track Changes. (Да, выпускные работы — часть работы, но он-лайн метод при этом занял у меня много дополнительного времени. Track Changes мне внове, как редактору (хотя и не как писателю) и (по крайней мере для меня) намного более затратный по времени, чем отметки и записи красной ручкой. И ещё он дал мне совершенно новый взгляд на то, как потрясающе ужасны навыки письма многих студентов, иногда это добавляло существенное время, проводимое мною над комментариями).

Многие часы, потраченные на попытки как-то заставить Zoom работать с XXX.edu (это после того, как моя жена и многочисленные друзья частным образом уверяли меня, что личный Zoom «супер-простой»).

Многие часы записи лекций на Panopto video, которые были стёрты, пока я не справился с идиосинкратическим процессом (на второй неделе это чуть не довело меня до слёз).

Многие часы, потраченные на попытки отредактировать  пару Panopto videos, которые  были испорчены домашними, шумом соседей и прерываниями.

Многие часы с компьютером около (закрытой) библиотеки Университета Айовы в попытке подключиться к мощному Wi-Fi , чтобы загрузить видео после того, как Zoom (по-видимому)  сбил мощности загрузки (точно почему этот срыв случился на шестой неделе, остаётся тайной).

Многие часы, проведённые в попытке объяснить студентам, как работает  D2L (словно я действительно знаю).

Особенно обременительно было, что я часами обменивался мейлами со студентами, вроде Х1, который разозлился из-за создания группы в ФБ для занятий и говорил мне (это не шутка), что у меня нет права комментировать его неудачу с копированием и редактированием своей работы, поскольку он нашёл опечатку в одном из многих мейлов группы.

Ещё одним душераздирающим примером траты времени был студент Х2, который передал работу, явно украденную с веб-сайта он-лайн (с несколькими небольшими заменами слов). Он отрицал плагиат, а затем признался, сказав, что «Я честно думал, что написание работ — это пустая трата времени».

«Я хотел сообщить о Х2, но решил этого не делать, поскольку у меня не хватило духу тратить ещё время на печатание, печатание, печатание, гладя на компьютерный экран, как требовалось бы, если бы я обратился к Academic Integrity.)

Далее всё пошло ещё хуже. Теперь я проводил многие часы, отвечая на фальшивые обвинения, выдвигаемые против меня он-лайн (а как ещё?) анонимными студентами и, что печально, всерьёз воспринимаемыми деканом университета. Одно из таких обвинений гласило, что я «недоступен». Это чушь: я сделал свой XXX.edu email и ещё два моих личных почтовых аккаунта полностью доступными для студентов. Я проверяю каждый из них дважды в день.

Ещё в одном ложном обвинении утверждалось, что я поставил плохую оценку и наказал студента за комментарий он-лайн, поскольку был с ним не согласен. Полная чушь. Он-лайн комментарии на моих занятиях не оцениваются. Я и объяснял студентам снова и снова (и я повторял своё объяснение вполне ясно в случае вопросов), что нет никаких наказаний оценками за несогласие со мной или с называемыми мной авторами — и никаких повышений оценок за согласие со мной или означенными авторами. Я просто требую от студентов демонстрировать некое значимое участие в обсуждении моих аргументов и названных авторов.

Ещё одно ложное обвинение в отношении меня, всерьёз воспринятое деканом, гласило, что я сказал студентам, что они «пишут, как пятиклашки». Нет: я сказал, что больше не буду читать сданные работы, если студенты сначала не провели элементарное редактирование. Я вернул несколько работ студентам, попросив их использовать функцию редактуры в  Word и предложив, чтобы они сначала прочитали свои черновики себе же вслух. Я рекомендовал Центр Письма университета в качестве студенческого ресурса и добавил несколько особых комментариев по таким вещам, как пунктуация и разделение на параграфы.

Мне пришлось объяснять всё это в длинном письме властям университета, которые восприняли обвинения всерьёз, поскольку из воспринял всерьёз декан по работе со студентами. В недавнем мейле я спросил, предоставил ли декан или студенты какие-либо реальные доказательства своих обвинений. Ответ: …и тишина.

Не существует дополнительной оплаты за время, потраченное на абсурдные обвинения, как нет дополнительной оплаты за бесконечные часы, потраченные в попытке работать с технологиями обучения, технической поддержкой, компании, работающие с компьютерами и принтерами и так далее.

Преподавание он-лайн для меня стало дурным сном, ещё более низкопробным и жестоким, чем мне доводилось слышать. Я могу только пожелать этого моим самым злейшим врагам.

Три вещи были особенно жуткими из моего опыта этой весны:

(1) Прирождённая жуть преподавания он-лайн значительно усилена кризисом COVID-19, который сделал координацию крайне сложной и имел всевозможные сопутствующие последствия.

(2) Я уже потратил массу времени на компьютер из-за моей продолжающейся карьеры писателя. Последнее, чего хочет автор — другую работу, которая включает многие часы печатания, печатания, печатания на компьютерном экране. Лучше дайте мне поработать дворником!

(3) В качестве преподавателя я получил работу адъюнкта, которому платят за курс, а не за часы. До перехода на он-лайн преподавание почасовая плата была достойной. При дополнительной работе, включающей он-лайн инструкции эры  Covid, это больше похоже на потогонный труд. По моим скромным оценкам затраты времени как минимум удвоились (если не утроились в моём случае). При этом рабочие требования накладывались на другую мою оплачиваемую работу, которая теперь оплачивается с большей почасовой платой (ранее такого не было).

Как пишет Дэниэл Фалкоун, перефразируя политолога Стивена Зюна, «работа удвоилась, а вознаграждение уменьшилось». И я бы ещё  добавил, притеснения и злоупотребления резко усилились.

Я просматривал свой долгий послужной список в попытке вспомнить худший опыт занятости: моя вторая работа, ещё 18-летним мойщиком посуды в закусочной (Augie’s)  на Станции Норт Кларк в Чикаго. Блюда, столовое серебро и тарелки бесконечно накапливались грудой, превосходя мои способности загрузить их и перемыть. Каждые десять минут или около того владелец  ресторана Кларк возвращался и орал на меня. Так продолжалось многие недели, пока одним вечером в пятницу, когда дело было совсем плохо, я просто взял пальто и вышел через заднюю дверь на тёмную аллею, и больше не вернулся. Я пожертвовал оплатой за две недели, но оно того стоило.

Выйти из онлайн-проклятия (я собираюсь оставить эту опечатку — этот курс просто проклятие) не вариант: студенты зависят от оценок этой четверти, а их родители заплатили (абсурдно) высокую плату за обучение, так что я буду справляться.

Слава Богу, всё почти закончилось — кошмар продлится ещё две недели, а мне надо сделать некую серьёзную и соответственно интеллектуальную и политическую работу, когда всё это закончится. Мы живём и умираем, в конце-то концов, при новом американском и глобальном неофашизме в период мрачного капиталистического по природе, эпидемиологического, экологического и экономического кризиса. Нет времени на то, чтобы тратить многие часы он-лайн и на телефоне в попытке заставить работать очередную идиотскую программу XXX.edu, пытаться переориентировать отчуждённых студентов с иными приоритетами и спорить с людьми, которые считают авторитарной травлей желание, чтобы студенты уровня колледжа редактировали свои работы и писали полными предложениями, которые заканчиваются точкой, а не запятой.

Обсудить на форуме

В этой рубрике

Думаете, что «обнуляющие всё» толпы не ухудшат положение? Подумайте ещё разок

Америка в разгаре одной из величайших моральных паник в истории нашей страны. Если мы не встанем на защиту основных ценностей страны, ситуация ухудшится ещё больше — и очень быстро. Если  в проше...

Подробнее...

Зона боевых действий — Америка

Учебный лагерь американской жизни Да, Сенат дал ему своё одобрение со счётом 98-0, в том числе и сенатор от Аляски республиканец Дэн Салливан, ранее вцепившийся в своё назначение. («Нужный человек в ...

Подробнее...

4 июля: Штормовое предупреждение

За месяцы эпидемии коронавируса в США настолько сошли с ума, что оргия грабежей, поджогов и убийств, помимо эпичной потери рабочих мест и неудач бизнеса, разгоняла фондовые рынки всё выше и выше, ...

Подробнее...

Великая Депрессия в стиле Коронавируса

Рандеву с судьбой? Поверьте мне, подобные моменты будут преследовать наше поколение до конца жизни. Я родилась в 1944, я ничего не знала о Великой Депрессии 1930-х, и всё же в ретроспективе неявно он...

Подробнее...

Системный коллапс американского общества начался

Я живу в США уже 24 года и за этот долгий период был свидетелем многих кризисов, но то, что происходит сегодня, поистине уникально и намного серьёзнее, чем любой предыдущий кризис, который я могу прип...

Подробнее...

Google+