Мир по Трампу

Или как возвести стену и потерять Империю

Мир по Трампу
Писать твиты, пока Рим полыхает

В 1956 году в интервью с журналистом Анной Луизой Стронг китайский руководитель Мао Цзе Дун образно отозвался об американском империализме: «Внешне он очень влиятелен, но в реальности напугать он никого не может, это просто бумажный тигр».

И он не впервые воспользовался этим сравнением. Десятью годами ранее он сказал Стронг, что даже при наличии оружия, способного уничтожить планету, атомной бомбы, США остаются бумажным тигром, добавив о бомбе: «Она выглядит ужасно, но на самом деле это не так. Конечно, атомная бомба — оружие массового убийства, но исход войны решают люди, а не один или два новых типа оружия».

Спустя более полвека при том, что ядерное оружие снова стоит в повестке дня, выражение Мао выглядит несколько устаревшим. Бумажный? Что это такое? И Америка в качестве «твиттерного» тигра не точнее ли соответствует образу? И всё же, какова бы ни была истина в то время, но использованный когда-то Мао образ мог бы, вероятно, в новом веке получить второе дыхание. И заметьте — в эпоху, когда США наконец-то возглавил «очень стабильный гений».

Как сегодня полагает постоянный автор  TomDispatch Альфред МакКой, автор книги  «В тени  американского века: подъём и упадок глобального влияния США», в американской имперской истории мы, наконец, по-видимому, достигли стадии «бумажного» тигра. В конце концов, у нас имеется президент, который только что просмотрел в Кэмп-Дэвиде (загородной резиденции президентов США в горах Мэриленда) «Величайшего шоумена», новый фильм о Ф. Т. Барнуме и основании им «Цирка Барнума и Бейли», а сам — твит за твитом, заявление за заявлением — превращает империю в провальную второстепенную интермедию во все более захватывающий трамповский цирк с тремя аренами[1]. Возможно, это намёк на то, что в 2017 году «Цирк Барнума и Бейли» дал последнее представление.

Том.

* * *

Мир согласно Трампу

Когда 2017 год завершился тостами за налоговые льготы миллиардеров и руководства энергетических компаний, празднующего снятие ограничений на доступ к федеральным землям, равно как и к прибрежным водам, лишь одна часть американской элиты не разделяла восторг от шумных возлияний с шампанским — вашингтонский корпус специалистов по внешней политике. По всему политическому спектру многие пребывали в глубокой тревоге за глобальное будущее страны под руководством президента Дональда Трампа.

В конце года, например, консервативный комментатор CNN Фарид Закария, стеная, поносил «глупое и обречённое на провал решение администрации Трампа отказаться от глобального влияния США — влияния, которое выстраивалось более 70 лет». Величайшая «глобальная примета нашего времени», продолжал он, заключается в том, что «создатель, поборник и воплотитель существующей международной системы уходит в эгоистичную изоляцию», оставляя вакуум власти, который будет заполнен воинствующими противниками либерального порядка вроде Китая, России и Турции.

Редакторы «Нью-Йорк Таймс» с сожалением отметили, что «хвастовство и агрессивность президента и его склонность к самовосхвалению не только лишают Америку поддержки по всему миру, но и изолируют её». Отбросив межпартийную учтивость, свойственную  ведущим вашингтонским дипломатам, бывший советник Обамы по национальной безопасности Сьюзан Райс набросилась на Трампа за отказ от «принципиального лидерства — основы американской внешней политики со времён Второй Мировой — ради позиции «Америка превыше всего», которая будет только ободрять соперников и ослаблять нас самих».

Независимо от резкости или огульности подобная критика не может в полной мере очертить рамки ущерба, который Белый Дом Трампа наносит системе глобального влияния, более 70-ти лет выстраивавшейся и бережно  поддерживавшейся Вашингтоном. Вне всякого сомнения, американские руководители пребывают на вершине мира так долго, что уже и не помнят, как они туда попали. Немногие в вашингтонской внешнеполитической элите, по-видимому, полностью осознают сложную систему, которая сделала глобальную власть Соединённых Штатов такой, какова она ныне, и в частности её важнейшие геополитические основания. Пока Трамп путешествует по миру, черкает твиты и замусоривает ими всё вокруг, он невольно демонстрирует нам основную структуру той власти так же, как опустошительный пожар обнажает стальные балки обрушившихся зданий, одиноко возвышающиеся над дымящимися развалинами.

Архитектура американской глобальной власти

Архитектура выстроенной после Второй Мировой Вашингтоном мирового порядка была не просто  внушительной, как чуть не ежедневно преподносит нам Трамп, но и удивительно хрупкой. По сути своей глобальная система покоилась на тончайшей двойственности: идеалистическое сообщество суверенных стран, равных по международным законам, и привязанных крепко, хотя и незаметно,  к американской верховной власти, основывающейся на реальном осознании её военной и экономической мощи. А если конкретнее, оцените этот дуализм в связке Госдепартамента и Пентагона.

В конце Второй Мировой США инвестировали свой авторитет в формирование международного сообщества, которое должно было нести мир и общее процветание с помощью постоянно действующих организаций, в том числе ООН (1945), МВФ (1945) и генеральное соглашение о тарифах и торговле, ГАТТ (1947), предшественника ВТО. Чтобы управлять подобным мировым порядком на правовых норм, Вашингтон помог основать Международный суд ООН в Гааге, а позже стал продвигать права человека и права женщин.

Со стороны реальной политики этой двойственности Вашингтон воздвиг четырёхуровневый аппарат — военный, дипломатический, экономический и разведывательный — с целью неуклонного продвижения своего глобального доминирования. Основу составляли «не имеющие себе равных» вооружённые силы, взявшие (благодаря сотням заморских баз) под контроль весь земной шар; «самый потрясающий» ядерный арсенал на планете, огромные воздушные и морские силы и беспримерное число армий зависимых государств. Кроме того, для установления военного превосходства Пентагон массово поддерживал научные исследования, обеспечивая поток инноваций, которые помимо много прочего привели к созданию первой в мире системы глобальных телекоммуникационных спутников, эффективно встроившей космос в аппарат осуществления глобальной власти.

Скрепляет весь этот стальной каркас успокаивающий бальзам активно действующего по всему миру дипломатического корпуса, работающего над развитием тесных двусторонних связей с такими союзниками, как Австралия и Великобритания, и многосторонними альянсами, такими как НАТО, СЕАТО и Организация американских государств. В ходе этого процесса он перераспределяет экономическую помощь между новыми и старыми странами. Под сенью такой глобальной гегемонии и благодаря разработанным в Вашингтоне многосторонним торговым пактам, американские транснациональные корпорации с выгодой для себя конкурировали на международных рынках на протяжении всей «холодной войны».

Ещё одним добавлением к глобальной власти является четвёртый, разведывательный уровень, включающий глобальный надзор АНБ и тайные операции ЦРУ на пяти континентах. Таким образом с завидной регулярностью и на огромных пространствах планеты Вашингтон манипулировал выборами и проводил перевороты, стремясь гарантировать, что любой глава государства на нашей стороне «железного занавеса» останется частью надёжного набора подчинённых элит, лояльных и покорных Соединённым Штатам.

Так что до сих пор лишь немногие полностью осознают, что этот огромный аппарат планетарной власти покоится ещё и на геополитических основах исключительной мощи. Как объяснил оксфордский историк Джон Дарвин в своём обширном труде по истории евразийских империй за прошедшие 600 лет, Вашингтон достиг «колоссальной абсолютной власти ... беспрецедентного масштаба», став первой в истории державой, контролирующей стратегические осевые точки «на обеих оконечностях Евразии» с помощью военных баз и договоров о взаимной безопасности.

Пока Вашингтон защищает свою европейскую осевую точку с помощью НАТО, его позиции на Востоке обеспечивают четыре договора о взаимной безопасности на Тихоокеанском побережье от Японии и Южной Кореи через Филиппины до Австралии. Всё это в свою очередь связывается воедино звеньями стальной цепи, охватывающей обширный Евразийский континент — стратегические бомбардировщики, баллистические ракеты и огромный морской флот в Средиземноморье, Персидском заливе и Тихом Океане. Недавним дополнением этой системы стала созданная США вокруг Евразии цепочка из  60 баз беспилотников — от Сицилии до Гуама.

Динамика упадка

В минувшее перед приходом в Овальный кабинет Дональда Трампа десятилетие уже наблюдались признаки того, что этот потрясающий аппарат попал на  траекторию долгосрочного упадка, пусть даже ключевые фигуры в Вашингтоне за завесой имперского высокомерия предпочитали игнорировать сложившуюся реальность. Неуклюжая же дипломатия нового президента лишь ускорила эту тенденцию, да к тому же и украсила её ошеломительными образами.

Например, за прошедшие полвека доля американской экономики упала с 40% в 1960 году до 22% в 2014-м и всего 15% в 2017 году (по реалистичному  показателю индекса покупательной способности). Многие специалисты теперь соглашаются, что Китай в пределах десятилетия попросту обойдёт США в абсолютных показателях, как мировая экономика номер 1.

Поскольку глобальное экономическое доминирование блекнет, и тайные инструменты власти тоже явно ослабевают. Мировая паутина слежки АНБ за значительным рядом иностранных руководителей, равно как и за миллионами жителей в тех странах, когда-то были относительно рентабельным инструментом осуществления глобальной власти. Теперь же, частично благодаря разоблачениям Эдварда Сноудена о шпионаже агентства и вспышке гнева оказавшихся мишенью союзников, политические издержки резко возросли. Аналогично, во время холодной войны ЦРУ манипулировало десятками крупных избирательных кампаний по всему миру. Сегодня, после вмешательства России с использованием  сложнейших средств информационно-кибернетической войны в американскую президентскую кампанию 2016 года ситуация обратилась вспять — явный признак того, что Вашингтон  теряет глобальную власть.

Самое ошеломляющее состоит в том, что сегодня в Евразии Вашингтон впервые сталкивается с продолжительным вызовом своему геополитическому положению. Сделав выбор в пользу начала строительства «нового Шёлкового пути», триллионно-долларовой инфраструктуре железных дорог и нефтепроводов через огромный континент и готовясь к строительству морских баз в Аравийском и Южно-Китайском морях, Пекин проводит устойчивую кампанию, стремясь подорвать давнее доминирование Вашингтона в Евразии.

Цитадель Америка

Всего за 12 месяцев на посту Дональд Трамп ускорил упадок, разрушив почти все ключевые компоненты сложной архитектуры американской глобальной власти.

Если все великие империи требовали умелого руководства в самом центре, чтобы обеспечить всегда хрупкое глобальное равновесие, то команда Трампа совершает впечатляющие провалы. Уже опустошен Госдепартамент, а Госсекретарь Рекс Тиллерсон дискредитирован, Трамп — что уникально для американского президента — взял исключительно на себя контроль за внешней политикой (в связке с генералами, назначенными им на ключевые гражданские посты).

Тогда как же те, кто был в тесном с ним контакте в этот период, оценивают его интеллектуальные способности адаптироваться к столь обескураживающей роли?

Хотя после выборной кампании Трамп постоянно хвалился своим прекрасным образованием в Уортонской школе бизнеса Пенсильванского университета, как подходящей квалификацией для поста президента, он пришёл туда в конце 1960-х, считая, что уже знает всё о бизнесе, вынудив своего профессора по маркетингу, преподававшего более 30 лет, заклеймить его, как «самого тупого студента, который у меня когда-либо был». Столь наглое нежелание учиться перешло и в президентскую кампанию. Как сообщал политический консультант Сэм Нанберг, направленный кандидату наставником по Конституции, «Я добрался лишь до Четвертой Поправки... а его глаза уже закатились».

Как вспоминает Майкл Вулф в своей новой знаменитой книге о Белом Доме Трампа «Огонь и ярость», спустя несколько месяцев в телефонном разговоре с избранным президентом относительно сложностей рабочей визы H-1B  для квалифицированных иммигрантов, медиа-магнат Руперт Мёрдок не выдержал и сказал «Что за чёртов идиот». И в июле прошлого года, вероятно, этого никто не забудет, после брифинга высших чинов Пентагона по безопасности для глав Белого Дома о военных операциях по всему миру, Госсекретарь Тиллерсон поддержал это мнение, частным образом навесив ярлык президенту — «чёртов болван».

«Всё хуже, чем вы можете себе представить. Идиот, окруженный клоунами», заметил один из помощников в Белом Доме в электронном письме, по словам Вулфа. «Трамп ничего не читает, ни единой страницы памятных записок, никаких кратких политических обзоров, ничего. Он встаёт посредине встречи с мировыми лидерами, поскольку ему стало скучно». Заместитель главы персонала Белого Дома Кати Уолш заявила, что работа с президентом была «вроде попытки понять, чего же хочет ребёнок».

Эти умственные качества ярко проявились в недавнем докладе администрации по Стратегии Национальной Безопасности, бессодержательном документе, который колеблется между вводящим в заблуждение и иллюзорным. «Когда я пришёл на этот пост», Трамп (или тот, кто его олицетворяет) пишет в личном предисловии, «мерзкие режимы разрабатывали ядерное оружие... чтобы угрожать всей планете. Радикальные исламистские группы цвели пышным цветом... Державы-соперники агрессивно подрывали американские интересы по всей планете... Несправедливое разделение бремени с нашими союзниками и неадекватные вложения в собственную оборону вызвали опасную ситуацию».

Однако всего за 12 месяцев президент — так утверждается в «его» преамбуле — в одиночку спас страну от почти гарантированного уничтожения. «Мы направляем мир против мерзкого режима в Северной Корее и … диктатуры в Иране, которой пренебрегли те, кто решительно настроен заключить дурное ядерное соглашение», продолжается в преамбуле в типично трамповском самовосхвалении. «Мы возобновили дружеские отношения на Ближнем Востоке... чтобы помочь изгнать террористов и экстремистов... Союзники Америки теперь вносят ещё больший вклад в нашу совместную оборону, усиливая ещё более наши сильнейшие альянсы... Мы делаем исторические вложения в войска США».

Отражая отлично задокументированные трудности понимания его администрацией истинного положения вещей, почти каждое из этих заявлений либо неточно, либо неполно, либо не соответствует действительности. Отложим в сторону такие детали, но сам по себе документ отражает то, как президент и (его генералы) отвергли десятилетия уверенного лидерства в международном сообществе и теперь пытаются огородиться от «чрезвычайно опасного мира» в подлинной «Цитадели Америка» за бетонными стенами и тарифными барьерами — каким-то зловещим образом концептуально напоминая «Атлантический вал» прибрежных укреплений времён гитлеровского Третьего Рейха, сооруженный для его «Европейской Цитадели». Но за подобной явно близорукой внешнеполитической программой лежат обширные области, по большей части не замеченные в стратегии Трампа, остающиеся критически важными для всеобъемлющего упрочения глобального влияния Америки.

Всё, что вам надо сделать — отметить заголовки ежедневных газет за прошедший год, чтобы понять, что мировое доминирование Вашингтона рушится благодаря каскаду неудач, зачастую сопутствующих упадку империи. Рассмотрим первые семь дней декабря, когда «Нью-Йорк Таймс» сообщила (не сделав выводов), что одна страна за другой откалываются от Вашингтона. Первым был Египет, страна, за предшествующие 40 лет получившая $70 миллиардов американской помощи, а теперь открывающая свои военные базы для русских самолётов; следующей стала Мьянма, несмотря на неутомимые ухаживания президента Обамы, явно  сдвигающаяся всё ближе к Пекину; в то же время Австралия, твёрдый союзник Америки уже в течение ста лет, как сообщалось, адаптирует свою дипломатию, хотя и неохотно, пытаясь приспособиться к всё более возрастающему влиянию Китая в Азии; и наконец, министр иностранных дел Германии, американского бастиона в Европе с 1945 года, публично указывает на расширяющиеся расхождения с Вашингтоном по ключевым политическим вопросам и настаивает, что столкновение интересов будет неизбежно, а отношения «никогда не станут прежними».

И это лишь поверхностный взгляд на новости одной недели, даже не касаясь своего рода разрывов отношений с союзниками, регулярно вызываемых или подчёркиваемых в ежедневных твитах президента. Всего три примера из многих: отмена президентом Пенья Ньето государственного визита после твита, что Мексика должна заплатить  за будущую «большую, толстую, прекрасную стену» Трампа на границе между двух стран; гнев британских руководителей, вызванный твитом президента о расистских анти-мусульманских видео, размещенных в твиттер-аккаунте заместителя руководителя неонацистской политической группы, за чем последовал его упрёк в адрес британского премьер-министра Терезы Мей за критику в его адрес, или его новогодний разнос с обвинением Пакистана в том, что от страны не исходит «ничего, кроме лжи и обмана», в качестве прелюдии к сокращению американской помощи стране. Рассматривая весь дипломатический ущерб, можно сказать, что Трамп пишет твиты в то время, когда Рим полыхает.

Поскольку на нашей планете есть всего от 40 до 50 стран с достаточным благосостоянием, чтобы играть региональную роль, а ещё меньше — роль глобальную, то отчуждение или потеря союзников с такой скоростью вскоре может оставить Вашингтон по большей части без друзей — что и обнаружил президент Трамп в декабре, когда проигнорировал многочисленные резолюции ООН, признав Иерусалим столицей Израиля. Вскоре Белый Дом получил выговор Совета Безопасности в соотношении 14 к 1, причём близкие союзники Германия и Франция голосовали против Вашингтона. Это произошло после того, как посол США в ООН Никки Хейли угрожающе предупредила, что «США будут записывать страны», чтобы наказать тех, кто осмелился голосовать против США, а Трамп угрожал сократить помощь тем, кто это сделал. Генеральная Ассамблея сразу же проголосовала 129 голосами против 9 (35 воздержались) за осуждение признания — убедительное свидетельство утраты Вашингтоном международного влияния.

Далее давайте рассмотрим «исторический вклад» в центральную опору архитектуры американского глобального влияния, ВС США, упомянутые в Стратегии Национальной Безопасности Трампа. Не стоит обращать внимания на предложенное огромное 10% увеличение бюджета Пентагона для финансирования создания новых самолётов и боевых кораблей, ведь большая часть средств уйдёт прямиком в карманы оборонных подрядчиков-великанов. Надо смотреть на то, что когда-то было  в Вашингтоне немыслимым — что предложенный Трампом бюджет  ударит по финансированию ключевых исследований в стратегических отраслях, например «искусственного разума» и, вероятно, станет критичным для автоматизированных систем вооружений на целое десятилетие.

В итоге президент и его команда, завороженные видом блистающих кораблей и превосходных самолётов (с предсказуемо ошеломляющим будущим перерасходом средств) уже готовы пустить под откос основы глобального доминирования: неустанные научные исследования, которые издавна были острием военного превосходства США. А расширяя Пентагон одновременно с сокращением Госдепартамента, Трамп к тому же дестабилизирует ту тонкую двойственность американской власти, сдвигая внешнюю политику ещё более в сторону дорогостоящих военных решений (которые оказались чем угодно, но только не реальными решениями).

Начав в конце кампании в 2016 года, Трамп выбил и ещё одну опору американского влияния, атаковав систему глобальной торговли и многосторонних торговых соглашений, которые издавна давали преимущество транснациональным корпорациям страны. Он не только отменил Транс-Тихоокеанское Партнёрство, которое обещало перенаправить 40% мировой торговли от Китая в пользу США, но угрожал аннулировать соглашение о свободной торговле с Южной Кореей и так настаивал на переработке НАФТА, чтобы это служило на пользу его программы «Америка превыше всего», что проходившие переговоры вполне могли провалиться.

Разрушение геополитического положения США

Насколько может быть серьёзен огромный ущерб, который он способен нанести геополитическим основам глобального влияния страны, Трамп продемонстрировал в прошлом году в двух ключевых моментах его поездок в Европу и Азию. В обоих случаях он продемонстрировал желание нанести мощные удары по позиции Вашингтона на этих двух осевых оконечностях Евразии.

Во время майского визита в новую брюссельскую штаб-квартиру НАТО он жёстко критиковал европейских союзников, чьи руководители, по рассказам, слушали  его с «каменными лицами», за неуплату ими их «справедливой доли» военных расходов альянса и отказывались вновь подтвердить основной принцип коллективной обороны НАТО. Несмотря на более поздние попытки исправить ущерб, всё это заставило трепетать всю Европу, и не без причины. Это стало сигналом окончания длившегося более трёх четвертей века неоспоримого и несомненного американского превосходства.

Затем, на ноябрьском форуме по Азиатско-Тихоокеанскому экономическому сотрудничеству во Вьетнаме президент выдал «тираду» против многосторонних торговых соглашений и настаивал, что он всегда будет «ставить Америку на первое место». Было так, словно в Азии, где Китай быстро поднимается, он снова заявлял, что Вашингтонское превосходство времён после Второй Мировой было артефактом истории. Вполне соответствующим образом на той же встрече оставшиеся 11 Транс-Тихоокеанских партнеров, возглавляемые Японией и Канадой, объявили о значительном прогрессе в завершении соглашения ТТП, которое он столь символически отверг — и сделали это без участия США. «США утратили свою лидирующую роль», прокомментировал Джайант Менон, экономист из Азиатского Банка Развития. «И Китай быстро их замещает».

При Трампе действительно близкие отношения Вашингтона с тремя основными тихоокеанскими партнёрами продолжают совершенно явно ослабевать. Во время любезного телефонного разговора, только заняв свой пост, Трамп  необоснованно оскорбил премьер-министра Австралии, это лишь подчеркнуло всё большее отчуждение страны от США и растущее стремление сдвинуть основной стратегический альянс в пользу Китая. По итогам недавнего опроса на вопрос, какую страну они предпочли бы видеть главным союзником, 43% австралийцев выбрали Китай — когда-то невообразимая перемена, которую трамповская версия дипломатии лишь усилила.

На Филиппинах вступление в должность президента Родриго Дутерте в июне 2016 года привела к внезапному сдвигу во внешней политике страны, что покончило с противодействием Манилы пекинским базам в Южно-Китайском море. Несмотря на агрессивное ухаживание Трампа и определённое сходство темпераментов двух лидеров, Дутерте продолжал сокращать масштаб совместных маневров с США, в которых страна ежегодно принимала участие, и отказался пересмотреть решительный разворот в сторону Пекина. Такая перемена была уже очевидна в ставшем известном телефонном разговоре в апреле между двумя президентами, когда Дутерте настаивал, что резолюция по ядерному досье Северной Кореи должна возлагать ответственность единственно на Китай.

Однако именно на Корейском полуострове ограниченность Трампа как глобального лидера стала наиболее очевидна. Двумя нескоординированными плохо продуманными инициативами — очернив американский альянс с Южной Кореей времён Корейской войны и потребовав полного ядерного разоружения Северной Кореи — Трамп запустил дипломатическую динамику, позволившую Пекину, Пхеньяну и даже Сеулу переиграть Вашингтон.

Во время своей президентской кампании и первых месяцев пребывания на посту Трамп постоянно оскорблял Южную Корею, унижая её культуру и требуя миллиард долларов за поставки американской системы противоракетной обороны. Никого потом не удивило, что Мун Джэин победил на президентских выборах в прошлом году на лозунгах «сказать нет» американской позиции и на обещаниях вновь начать прямые переговоры с лидером Северной Кореи Ким Чен Ыном. Затем, во время июньского государственного визита в Вашингтон новый корейский руководитель оказался под ударом, когда Трамп назвал соглашение о свободной торговле между двумя странами «несправедливым по отношению к американским рабочим» и обругал предложение Муна о переговорах с Пхеньяном.

В то же время Ким Чен Ын наблюдал за  16 пусками ракет в 2017 году, которые дали стране ракеты, потенциально способные доставить ядерное оружие в Гонолулу, Сиэтл или даже в Нью-Йорк и Вашингтон, одновременно прошла испытания и первая водородная бомба. Убеждённый, что Северная Корея «ищет возможности убить миллионы американцев», Трамп оказался охвачен манией урезания ядерной программы Пхеньяна любыми способами, даже угрозами в августе прошлого года обрушить на эту страну «огонь и ярость, каких мир никогда не видел».

Однако через несколько дней тогдашний стратег Белого Дома Стив Бэннон продемонстрировал, что всё это — пустые угрозы, заявив прессе: «нет никакого военного решения пока кто-нибудь не решит часть уравнения... десять миллионов людей в Сеуле не должны погибнуть в первые 30 минут от традиционного оружия». Итак, угрозы оказались напрасными, а Трамп продолжал писать в Твиттере  чушь, называя Ким Чен Ына «маленьким человеком-ракетой» и  похваляясь, что его «ядерная кнопка» «намного больше», чем у северо-корейского руководителя. Эти 12 месяцев странных, дестабилизирующих вывертов и твитов президента, почти беспрецедентные в анналах современной дипломатии, подтолкнули Сеул к прямым переговорам с Пхеньяном — исключив Вашингтон и ослабив казавшийся твёрдым как скала альянс.

В войне нервов с Северной Кореей из-за ракетных испытаний стратегия Трампа триангуляции с Китаем (то есть, Вашингтон подталкивает Пекин, Пекин подстёгивает Пхеньян) уже нанесла огромное, неосознанное ещё поражение американскому влиянию в Тихоокеанском регионе. За прошедшие 6 месяцев, стремясь побудить Пекин надавить на Пхеньян, Белый Дом приостановил  патрули «свободы навигации», которые бросали вызов незаконным претензиям на территориальный контроль в Южно-Китайском море, по сути отступая с этого стратегического водного пути в Китай.

Искусным притворством Пекин устроил иммитацию сотрудничества с Вашингтоном, выражая «огромную озабоченность» ракетными испытаниями Пхеньяна и введя формальные санкции, одновременно разыгрывая длинную, умную стратегию. В процессе она стала работать на сокращение совместных американо-южнокорейских военных маневров и нейтрализовала флот США в тех водах, которые Китай считает своими.

В этой дипломатической версии «Искусства договариваться» Пекин превосходит Вашингтон.

Разрушая империю

Совершенно понятно, что многие американцы сконцентрировали внимание на ущербе, нанесённом в первые месяцы пребывания Трампа на посту внутренним делам, — от открытия заповедных природных зон и прибрежных вод ради бурения нефтяных и газовых скважин до угрозы доступности здравоохранения, перекашивания прогрессивного налога в пользу богатых, отмены сетевого нейтралитета и аннулирования любой защиты окружающей среды. Большую часть, если не всю регрессивную политику можно, однако, исправить или обратить вспять, если демократы будут контролировать Конгресс и Белый Дом.

Потрясающе неуместная версия дипломатии одного человека Трампа в контексте продолжающегося глобального упадка Америки — другой вопрос. Утрату мирового лидерства никогда не восстановить, особенно когда державы-соперники готовы заполнить вакуум. Поскольку Трамп подорвал стратегическое положение США в осевых точках Евразии, Китай неустанно стремится сместить США и доминировать на обширном континенте, как назвал это корреспондент «Нью-Йорк Таймс» Эдвард Вонг «прямым контрапунктом... синонимичным жёсткой силы, взяточничества и запугивания».

Всего за один богатый на события год Трамп дестабилизировал тонкую двойственность, издавна бывшую основой внешней политики США, предпочтя войну — дипломатии, Пентагон — Госдепартаменту, а узкие национальные интересы — международному лидерству. Но в глобализованном мире, связанном торговлей, Интернетом и быстрым распространением ядерных вооружений, стены не работают. Может и не станет никакой Цитадели Америки.

Примечание:

1 — Цирк, в котором зрители могут смотреть представление одновременно на трёх аренах. Впервые опробовано «Цирком Барнума и Бейли». В переносном смысле — любое шумное многолюдное мероприятие (например, в ходе предвыборной кампании), где невозможно наблюдать сразу за всем происходящим.

Обсудить на форуме

В этой рубрике

Пока большинство правых бездействует, многие леваки обещают развязать войну на улицах Америки

Возможно, вы попробуете всё-таки воспринимать радикальных левых всерьёз. Когда они говорят нам «вы ещё ничего не видели» и что «это только начало», они угрожают тем, что намерены вернуться. В современ...

Подробнее...

Принять на работу сотрудника по разнообразию — всего лишь первый шаг

В наше время движений #MeToo («Меня тоже»), «Мечтателей», «Жизнь Чернокожих Имеет Значение» и право радикальной реакции, колледжи в список нужных сотрудников добавляют главных администраторов по разно...

Подробнее...

Неужели Америка идёт к гражданской войне?

Второго члена администрации Трампа затравили в ресторане менее чем через неделю после первого случая. На этот раз это была Сара Хаккаби Сандерс. Ресторанный опыт Сары Хаккаби Сандерс и Кирстен Нильсе...

Подробнее...

В ожидании «путинско-нацистского апокалипсиса»

Не знаю, как вы, а я уже несколько утомился ожидать кошмар в гитлеровском стиле, который нам обещают корпоративные СМИ с 2016 года. Честно говоря, я начинаю подозревать, что все их апокалипсическ...

Подробнее...

Очередные нападки на продуктовые карточки для малоимущих

И снова республиканцы нацеливаются на бедняков. Так что же на этот раз? Добавление более жёстких требований к работе для получения того, что известно в качестве тадонов на продовольствие. (Сегодня эт...

Подробнее...

Google+