Никакой стандартизации на моих занятиях

В колледже Левисбург

Не должны все курсы выглядеть одинаково. И разделы курсов не должны выглядеть одинаково. Это явно противоречит нынешней мании стандартизации, я знаю. В частности, в местных колледжах прилагаются согласованные усилия по «стандартизации» текстов, заданий, занятий, педагогических методов и учебных планов. В этой логике каждый студент должен иметь один и тот же опыт вне зависимости от кампуса, имени профессора, времени суток или настроения в данный момент. Иначе, как я полагаю, один студент мог бы указать пальцем на другого и печально пожаловаться: «Его профессор не заставлял его читать вот это. Почему я-то должен?».

Конечно, мои родители напоминали мне, что «жизнь несправедлива». Но, по-видимому, для администраторов или законодателей это недостаточно хорошо, они продвигают старую мысль, что если всё будет одинаково, то определенно всё станет лучше. Если бы только мы могли измерить и предсказать, и рассчитать, и подвести итог, и проконтролировать все возможные составляющие занятий — и сделать все занятия совершенно одинаковыми — тогда мы бы решили загадку образования.

Это, по сути своей, патерналистская идея (идея отцовского контроля), и она угрожает академической свободе. Предполагается, что есть кто-то — председатель, декан, коллега этажом ниже — кто знает лучше, чем педагог, что преподаватели должны делать на занятиях. Предполагается, что педагоги в действительности не обращают внимания на интересы студентов. Предполагается, что они просто не способны сами принимать решения. Не допускается, что педагоги — заслуживающие доверия, уважаемые специалисты каждый в своей области.

Но помимо снисходительного отношения, мысль, что похожесть или «справедливость» всё улучшит — абсурдна сама по себе. На самом деле, можно увидеть, насколько дурно оказалась проведена стандартизация в системе полного среднего образования. Там усилия по стандартизации привели, по многим отзывам, к разобщённости и потере интереса преподавателями и студентами. Студенты не бродят по холлам, приветствуя друг друга и радуясь тому, что все они получили одно и то же письменное задание; на самом деле, на моих занятиях они вместо этого склонны удивляться, почему это всё в старших классах было столь формально, столь бесстрастно. Исследования показали, что усилия по стандартизации мало что дали улучшению настоящей учебы. Это, я могу кротко предположить, из-за того, что не все люди одинаковы.

Настоящее образование отнюдь не шаблонно, настоящее обучение живёт и дышит в различиях, в непостижимости, в непредсказуемости. Часть моей работы на занятии — приспосабливание, подгонка моих уроков, моего темпа, моего понимания к нуждам отдельной группы людей, которая решительно отличается от предыдущей группы. Каждый класс обладает собственной индивидуальностью, не говоря уж об уникальных нуждах каждого отдельного человека с этот классе. Меня изумляет, когда люди говорят так, словно студенты — некий монолит, словно мы можем обобщить и прийти к выводу относительно того, что «им» всем нужно. Не можем. Вот потому-то мы принимаем на работу ярких, образованных, легко приспосабливающихся людей, что еженедельно работать со студентами и, до сих пор — не обратились к роботам.

Конечно, профессора тоже отличаются один от другого. Моя личность, мой опыт, мои интересы и мои идеи — всё формирует то, как я преподаю и делаю свои занятия отличными от уроков коллег. Фокус тут в том, чтобы действительно всё время помнить — есть много хороших способов преподавать курс. Мой метод будет отличаться от методов коллег. Это не проблема. На самом деле, это лишь говорит живости и страсти нашего преподавания, и о том, что мы вкладываем столько усилий и мыслей, какую часть нашего интеллектуального «я» в курсы, которые мы разрабатываем и преподаём.

И с чего бы хотеть, чтобы было иначе? С чего нам не хотеть иметь перед классом обученных, пылких специалистов на всех занятиях? Конечно, нам бы не хотелось иметь там какого-то бедного зубрилу, который с трудом пытается понять учебный план, в разработке которого не имел отношения, или пытался работать с учебником, который считает отнюдь не лучше всего подходящим для своих студентов. Стандартизация быстро превращается в помеху настоящему обучению и вовлечению вместо того, чтобы этому способствовать.

Я не предлагаю прийти к отсутствию общих целей и даже общих результатов в тех курсах, которые мы преподаём. Но нам надо сохранить прерогативу профессоров достигать целей курса теми методами, которые имеют смысл для них самих и подходят их студентам. Лишая курсы индивидуальности, а профессоров автономности, мы теряем нечто подлинное и истинное в образовательном процессе.

Это только часть большей, тревожащей тенденции. Многие, по-видимому, всё больше опасаются межличностного характера образования, ведь мы наблюдаем это стремление к стандартизации, концентрировании на данных, предписанным путям достижения успеха студентами. Некоторым хотелось бы открыть секрет образования с помощью аккуратных маленьких столбцов и легко воспроизводимых результатов. Но образование зиждется на взаимодействии людей, а потому оно беспорядочно, плохо определяемо и непредсказуемо. Они очень разные, наши занятия.

У нас у всех есть опыт работы с профессорами и курсами, которые были нам «заданы». И у всех нас есть опыт работы с другими курсами. Мы все ждали, когда займемся курсом с профессором Х, поскольку нам очень нравился её подход. Все мы избегали профессора У. Это нормально. Профессора Х и У не делали ничего неверного. Образование в основе своей крайне межличностно, а межличностный опыт будет весьма различен. Постоянно бежать от реальности и пытаться что-то исправить, то, что не является пороком — дурная задача.

Наших студентов унижает предположение, что они не могут справиться с миром, который отнюдь не аккуратно стандартизирован. Они могут и должны с этим справиться. Наши различия, вплоть до используемых нами учебников, отражают наши взгляды. И ничто не может быть поучительнее для студента и более способно его изменить, чем работа на занятиях с увлечёнными, пылкими, образованными людьми. Чем больше различных версий им встретится, тем лучше.

Обсудить на форуме

В этой рубрике

Сказ о двух Америках: где богатые богатеют, а бедняки идут в тюрьму

«Говорят, невозможно понять страну, не побывав в её тюрьмах. О стране надо судить не по тому, как она обходится с  самыми уважаемыми, а по тому, что она творит с обездоленными». — Нельсон Ма...

Подробнее...

Расизм неотделим от Алабамы

Я вырос в маленьком пригороде Орландо, во Флориде, где прожил большую часть детства и юности. Поскольку диснеевский  Епсот Центр брал на работу людей со всего света (как и другие глобальные орган...

Подробнее...

Фашизм пришёл в Америку, завёрнутый в радужный флаг и с розовой шапочкой на голове

Есть известная цитата неизвестного происхождения, которая обычно звучит так:   «Когда фашизм придёт в Америку, он будет завёрнут во флаг и нести перед собой крест». ...

Подробнее...

Что для Трампа значит cделать Америку снова великой?

Сегодняшний вездесущий лозунг Дональда Трампа «Сделать Америку снова великой!», часто звучит на митингах, но редко изучается в публичном дискурсе. К какой эпохе американского прошлого обращается мисте...

Подробнее...

Вампиры, зомби и правила съёма

Такое и нарочно не придумаешь. По всей Америке мы подталкиваем свою молодёжь к получению хорошего образования, чтобы она получила «высшее образование», но потом, выйдя из стен университета, многие ...

Подробнее...

Google+