Повесть о двух террористах

Повесть о двух террористах

За почти 15 лет с момента своего неистового дебюта «Война с террором» Буша каким-то образом (и уже некоторое время тому назад) опошлилась до банальной вечной войны Обамы; в свете такого развития событий, поскольку терроризм продолжает одновременно отклоняться от социальных норм и отзеркаливать их, кажется вполне приемлемым, что два человека, рвущиеся к президентству в США, сами должны быть террористами.

За время пребывания на посту Госсекретаря Хиллари Клинтон — более чем просто коррумпированная или некомпетентная — постоянно совершала акты государственного терроризма. От поддержки переворотов в Гондурасе и на Украине и до её значительной роли в разрушении Ливии, поощрения военных преступлений Израиля против народа Газы (и не стоит забывать её существенный вклад, как сенатора, в опустошение Ирака), Клинтон глубоко вовлечена в совершение военных преступлений и государственный терроризм.

По сравнению с таким богатым послужным списком терроризм Трампа, без сомнения, скромен. Хотя он, конечно же, терроризировал определённую часть рабочих за всю карьеру в бизнесе, у него отсутствует опыт Клинтон в таких вещах, как современное положение дел с вооружениями. И всё же, несмотря на столь серьёзную ограниченность, для кандидата в президенты его террористический потенциал поистине блистателен. Трамп не только обещает в будущем терроризировать (мусульман, иммигрантов, журналистов и прочих), сами его обещания эффективно терроризируют людей в настоящем. Но, предугадывая вопросы читателей — действительно ли подобные угрозы представляют собой терроризм?

Хотя концепция охватывает и национальную, и международную политику, так и не было достигнуто согласия относительно того, что именно в терроризме является составом преступления — а такое отсутствие согласия проистекает не только из сложности терроризма. Сложность ещё состоит в разработке такого определения терроризма, которое не позволяло бы военным, политикам, представителям делового мира и полиции не путать его с преступностью, — уровень которой, кстати, намного превосходит мелкий терроризм. Пока большая часть террористов-любителей совершает небольшие акты террора, полицейские и солдаты способны совершать террористические действия ежедневно, годами. И — с помощью своих марионеток и миньонов, бизнесменов и политиков зачастую на протяжении поколений терроризируют целые регионы мира. Соответственно, есть тенденция отличать «террориста» от других распространителей террора во многом по спорным, субъективным и зачастую бессмысленным определениям.

Хотя теоретики и специалисты не способны достичь даже приблизительного консенсуса в определении терроризма, тем не менее, существуют некоторые аспекты терроризма, по которым практически повсеместно существует согласие. То, что терроризм включает в себя насилие в отношении мирных жителей, например — это не вызывающий относительных разногласий элемент. Как оказывается, однако, эта вроде бы не противоречащая ничему мысль быстро вызывает проблемы. Видите ли, полиция регулярно делает мишенью и терроризирует мирных граждан. Даже если не намеренный, а зачастую это не так, террор — регулярный и предсказуемый итог действий полиции. А как насчёт пограничников и охраны тюрем? Ответ на это появляется в форме определения: нам говорят, что терроризм только тогда терроризм, когда террористические действия производятся негосударственными действующими лицами. Многие со всей душой приемлют это ограниченное определение. А другие, в то же время, придерживаются более распространенного мнения — что прекрасно существует государственный терроризм. А почему бы и нет?

В конце концов, терроризм появился — по крайней мере, современный — при государственных действующих лицах во время разнузданного террора (краткий период в противоположность долгому периоду феодализма) в 1790-х во Франции. Терроризм не только исторически развивался как дополнение и аспект национального государства, террор определяет саму суть современного национального государства; ведь один из необходимых компонентов национального государства — его территория, а территория отличается от более нейтральных, менее определённых концепций земли и страны тем фактом, что территория (от слова террор) — технически есть область, демаркированная силой и террором.

Пограничная стража, следовательно, не отклоняется от своих исторически-политических целей, когда терроризирует граждан. Именно доброжелательный пограничник, в противоположность садисту, оказывается отклонением от нормы, аномалией. Полицию и пограничников, помимо прочих, кто проводит террор в отношении граждан, создавая обстановку страха, благоприятную для хорошего функционирования глобального порядка, вполне можно по справедливости считать своего рода террористами. А поскольку им обычно платят (государство или частные компании) за эти действия, их вполне можно считать профессиональными террористами. Противоположностью этим профессиональным террористам окажутся террористы-любители.

Будучи производным от латинского глагола amare, что означает любить, террорист-любитель (как минимум больше, чем профессионал) мотивирован почти исключительно неким видом любви — страстью. В отличие от профессиональных террористов (пограничников, полицейских или даже члена Ку-клус-клана в балахоне — который исторически пользовался высоким уровнем государственной или местной поддержки) не вдохновлён страстью, террорист-любитель стал в культурном изображении символом террориста. Но хотя террориста в начиненном взрывчаткой жилете можно заменить на бросающего бомбу анархиста, помимо других карикатурных фигур, в качестве стереотипного образа террориста, не стоит пренебрегать рассмотрение того факта, что террорист с улицы — всего лишь мелкий террорист — любитель, которого его противник может точно определить, ведь у него отсутствует власть.

Не сказать, что террора, организованного любителем, не существует. Конечно, он есть, даже если его страшно непропорционально увеличивают кривые зеркала комнаты смеха СМИ — искажение, создающее монстра (одновременно недочеловека и сверхчеловека), чей вездесущий образ работает, чтобы затмить в целом качественно и количественно намного больший террор, присутствующий в постоянных бомбежках огромных регионов мира (Афганистан, Ирак, Йемен, Сомали, Газа и так далее).

Да, террорист-любитель слаб. Но нельзя это толковать так, что только слабые прибегают к террору. Даже не обязательно, что только мелкий террорист-любитель взрывает себя на рынке или на улице. Крупные террористы, террористы государственного уровня, время от времени прибегают к таким демонстрациям, когда их власти вроде бы что-то угрожает. Как в Ирландии и Италии в 1970-х время от времени такие акты проводили государства-террористы, чтобы и установить террор и подставить своих идеологических противников. Когда те, кто поистине влиятелен, уверены в своем положении, им нет необходимости вообще устанавливать террор, временами им достаточно просто присутствия. Или, придерживаясь всеобщего принципа, просто выглядеть присутствующим зачастую вполне достаточно. США своими военными действиями с помощью беспилотников и других технологий недавно сумели достичь влияния, когда принадлежащего единственно сфере богов — возможности быть сразу везде. Обладая возможностью нанести травму или убить в любое время почти повсюду, используя это оружие на огромных территориях мира, Обама продемонстрировал всему миру, что именно лежит в основе глобального чрезвычайного положения — глобальное государство террора. И, возвращаясь к нашей теме: Хиллари Клинтон не только поддерживает такую политику в международном масштабе своей поддержкой законопроекта Билла Клинтона о преступлениях (которые путём строительства полиции и тюрем резко усилили возможности государственного террора) помимо прочего, она их поддерживает и внутри страны.

Хотя кое-кто может оспорить обоснованность применения подобной практики в качестве ежедневной работы полиции, обозначение государственного террора вряд ли гиперболизировано. Помимо прочих движение «Жизнь чернокожих значима» (Black Lives Matter) подтверждает повсеместность регулярного опыта чернокожего сообщества, подвергаемого различным формам государственного террора. Кроме государственного террора со стороны местных отделений полиции и пограничников, латиноязычное сообщество по всем США также подвергается качественно и количественно беспрецедентным облавам на иммигрантов обамовского Бюро по контролю и соблюдению иммиграционного и таможенного законодательства. Пусть об этом редко сообщают ведущие СМИ, но агенты Бюро по контролю и соблюдению иммиграционного и таможенного законодательства регулярно вламываются в дома, разделяют семьи, задерживают людей, зачастую подвергают их одиночному заключению, проводя никак не менее, чем государственный террор. И, как и в других областях политики, Хиллари будет также продолжать терроризировать иммигрантов, как это делал Обама.

Входят ли в их число макро-террористы и микро-террористы, неотделимые от современных действий полиции, или микто-террористы с другими форами контроля, такое накопление долгов (с вечными угрозами лишения имущества и разрушения побуждают к такому уровню стресса, который ведёт всё больше и больше задолжавших людей к самоубийствам), но бессильные постоянно подвергаются террору. Придавленные официальными соглашениями о свободе торговли, ныне приводящими США и их союзников во всё более глубокие имперские объятия, демографически наиболее сильно испытывает усиление политико-экономического террора рабочий класс. Хотя бы просто потому, что другим группам относительно меньше терять, потеря же работы и благосостояния (как и статуса, ранее дарованного расистскими правилами), при беспрецедентном перераспределении благосостояния и влияния в прошедшие несколько десятилетий привели к уровню ранней смертности, зачастую в результате самоубийств и передозировки наркотиков, сравнимому с уровнем смертности среди геев во время эпидемии ВИЧ. Такая демография обеспечивает большую часть поддержки Дональда Трампа. Помимо его расизма, ксенофобии и сексизма, привлекательность Трампа в том, что он постоянно набрасывается на людоедский статус-кво — порядок, который Клинтон столь яростно защищает и столь жёстко обещает поддерживать далее. И всё же Трамп в чём-то тоже террорист.

Хотя и менее искушенный в государственном терроризме, чем Клинтон, Трамп тем не менее продемонстрировал склонность к террористическому мышлению. Поощряющая страсть к ксенофобии и расизму, президентская кампания Трампа выглядит похожей на список запланированного террора. Изгнание 11 миллионов иммигрантов, запрет на въезд мусульманам, преследование прессы — едва скрытый подтекст обещаний сделать «Снова Америку великой» это обещание путешествия во времени в период неоспоримого белого превосходства (исторически ситуация, которая сама по себе устанавливалась систематическим террором). Неявная позиция Трампа, подразумевающая геноцид, не только подстраивается под террористические организации вроде ККК (от которой он дистанцировался с печально известными колебаниями) — она ещё и соответствует позиции неонациста и террориста Дилана Руфа, убившего в прошлом году 9 чернокожих прихожан в Чарльстоне, Южная Каролина.

Однако будущая администрация Трампа не уникальна в своей поистине геноцидальной увлечённости. Вкупе с ястребиной внешней политикой (включая рекламу НАТО, поскольку включает наращивание ядерных вооружений и агрессию против России наряду с военным и экономическим окружением Китая, известным под эвфемизмом «разворот к Азии»), приверженность Клинтон разрушительному статус-кво легко может взвинтить терроризирование мира, как сделала бы и администрация Трампа — а это иллюстрирует, несмотря на их весьма реальные отличия, что существующая политико-экономическая система неспособна функционировать вне законов террора.

Обсудить на форуме

В этой рубрике

Республика пала: замысел глубинного государства захватить Америку оказался успешным

Сомнений в этом нет. Государственный переворот оказался успешным. «Глубинное государство» — оно же полицейское государство, оно же военно-промышленный комплекс — захватило власть....

Подробнее...

Как Билл Клинтон и Барак Обама заложили основы иммиграционной политики Трампа

Криминализация иммигрантов от Клинтона до Трампа Начиная с «Большой, толстой, прекрасной стены» до запрета въезда, большая часть устремлений Дональда Трампа изолировать Америку, как и многое другое в...

Подробнее...

Основные проблемы чартерных школ Нового Орлеана

Ново-орлеанские чартерные школы[1] представляют собой самый крупный и наиболее завершённый эксперимент. После урагана Катрина штат Луизиана взял под контроль государственный школы в Новом Орлеане и за...

Подробнее...

Зачем учить историю?

Будучи по большей части либерал-демократами, американские историки без сомнения получили потрясающее удовольствие от недавних бестолковых комментариев Дональда Трампа об истории США, о которых сообщал...

Подробнее...

Поздравляю, выпускники! Вот ваши дипломы и ваши долги

Вот и наступило это время года вновь. Цветы цветут, весна  бьёт ключом и по всей стране выпускники колледжей выходят, с гордостью держа новенькие, только что полученные дипломы. Ну и гора студен...

Подробнее...

Google+