Может ли Великая Железная Стена стать препятствием Новому Шёлковому Пути?

Чрезвычайные меры по борьбе против исламского влияния в Синьцзян-Уйгурском автономном районе могут повредить инициативе «Один пояс, Одна дорога»

Парад военизированных милицейских подразделений 27 февраля 2017 года в Кашгаре, Синьцзян-Уйгурский автономный район, Китай. Фото: Reuters.
Парад военизированных милицейских подразделений 27 февраля 2017 года в Кашгаре, Синьцзян-Уйгурский автономный район, Китай. Фото: Reuters.

Когда в следующем месяце славословие вокруг саммита Си-Трамп превратится в такой же непреложный факт, как Мар-а-Лаго (частный клуб, принадлежащий миллиардеру и 45 президенту США — прим. ред.), оба президента будут обязаны полностью сойтись, по меньшей мере, по одному вопросу — «радикальному исламскому террору», в терминологии Трампа.

 

Дональд Трамп полагается на противоречивый мусульманский «не запрещающий» запрет, который — в теории — ограничит поток потенциальных радикальных исламистов на территорию США, а его коллега Си Цзиньпин, встречаясь с законодателями провинции Синьцзян в кулуарах ежегодной сессии Всекитайского собрания народных представителей в Пекине запустил проект «Великая Железная Стена» для защиты Дальнего Запада Китая.

Си Цзиньпинь встречается с делегацией Синьцзян-Уйгурского автономного района в здании Всекитайского собрания народных представителей, Пекин.-1Си Цзиньпинь встречается с делегацией Синьцзян-Уйгурского автономного района в здании Всекитайского собрания народных представителей, Пекин.

Си Цзиньпин встречается с делегацией Синьцзян-Уйгурского автономного района в здании Всекитайского собрания народных представителей, Пекин.

Проблема в первую очередь состоит в Восточно-туркестанском движении независимости (ETIM), активно действующем в Синьцзяне, которое Чен Гопин, Государственный комиссар по борьбе с терроризмом и  вопросам безопасности КНР, описал, как «наиболее значимый вызов социальной стабильности Китая, его экономическому развитию и национальной безопасности».

ETIM является исламской экстремистской сепаратистской организацией, которая, по словам Чена, добивается «независимости Синьцзяна».

Движение было признано террористической организацией Европейским Союзом, США, Россией, Китаем, ОАЭ, Пакистаном, Казахстаном и Киргизией, помимо прочих. Остаётся открытым вопрос действительно ли движение представляет собой сплоченную сепаратистскую организацию, но определённо китайская разведка считает именно так.

Проблема касается и, что предсказуемо, ИГИЛ/Даиш.*

Не так давно боевики Даиш опубликовали в сети видео на уйгурском — тюркский язык с арабской письменностью, используемый мусульманским населением Синьцзяна — демонстрирующее, как  где-то в Ираке джихадисты перерезают горло мнимому  информатору.

Но проблема с видео — в 30-секундном отрывке, содержащем первую прямую угрозу Даиш в адрес Пекина. За мгновение до экзекуции боевик — перевод дан базирующейся в США  SITE Intelligence Group — восклицает: «О, вы, китайцы, не понимаете, что говорят люди! Мы — солдаты Халифата, и мы придём к вам, чтобы внести ясность языком нашего оружия, пролить реки крови и отомстить за репрессированных».

Китайская разведка ведёт повсеместный учёт уйгуров, которые ушли в джихадисты в «Сирак» после противозаконного путешествия через Юго-Восточную Азию и Турцию. Пекин столь же встревожен их вероятным возвращением домой, как и Москва в отношении чеченцев и других джихадистов с Южного Кавказа.

И есть ещё третий, весьма удивительный момент. Видео Даиш предупреждает о формальной изоляции Туркестанской Исламской Партии (TIP), которая по сути представляет собой аль-Каиду* в Синьцзяне.

Руководство TIP  и основные боевики базируются в пакистанской зоне племён под защитой Техрик-и-Талибан (пакистанский Талибан), и провели за прошедшие несколько лет массу нападений через границу. Они объявили своей целью установление Халифата в Центральной Азии, но повинуются Айману аль-Завахири (аль-Каида), а не самопровозглашённому Халифу Даиш аль-Багдади.

Главный вопрос в том, представляют ли ETIM и TIP одно и то же. Уйгурские джихадисты печально известны скрытностью и изворотливостью. Я встречался с некоторыми из них в тюрьме «Льва Панджера» Масуда в северном Афганистане всего за три недели до 9/11 — и они даже не признавали существование ETIM. И отрицали какие-либо связи с аль-Каидой, следуя примеру тогдашнего руководителя  ETIM Хасана Мехсуда. Они настаивали на том, что их главная цель — независимость от Китая.

Пекин по сути считает TIP изнанкой ETIM, официальные лица, вроде Чен Гопина продолжают относиться ко всем уйгурским джихадистам как к ETIM. Нестабильное движение, совокупность многочисленных мировоззрений, уходящими корнями к сепаратизму — вернее будет сказать, что ETIM относилось к нескольким сотням уйгурских боевиков, активных и в Афганистане, и в Пакистане вплоть до формального объявления о создании TIP в 2006 году.

Есть и другие сложности. Первоначально  ETIM было связано с Исламским Движением Узбекистана (IMU), соучредителем которого был печально известный джихадист Джума Намангани, бывший советский десантник, погибший в Афганистане в 2001 году. IMU, со своей стороны, было связано с афганским Талибаном. Затем, в середине 2000-х, произошёл раскол и связи/защита  ETIM перешли к пакистанскому Талибану.

Видео Даиш имеет отношение скорее к TIP, чем к ETIM. Хотя не столь сложная, как Даиш, TIP тоже содержит собственное мультиязычное СМИ «Савт аль-Ислам» (Голос Ислама), дополненное исламским туркестанским журналом.

Помимо возни в трясине терминологии, в итоге китайской разведке, возможно, придётся выстроить Великую Железную стену против двух сепаратистских фронтов: Даиш и уйгурских джихадистов, воюющих бок о бок с Даиш в Сирии и Ираке, могущих вернуться в Синьцзян или Пакистан, и против ответвлений/фрагментов аль-Каиды, называющих себя TIP.  Майкл Кларке, специалист по Синьцзяну в Колледже национальной безопасности Австралийского национального университета, говорит, что намёки на раскол среди уйгуров могут «усилить угрозу Китаю», поскольку это демонстрирует, что уйгурские террористы могут пользоваться средствами и Даиш, и аль-Каиды.

Даиш стремится пополнить ряды, привлекая новых боевиков не только из Северной Африки, но и из Индонезии, Пакистана и северо-западного Китая. В Китае 23 миллион мусульман, в основном суннитов — мы можем добавить главным образом уйгуров из Синьцзяна и хуэйцзу, этническое меньшинство, проживающее в провинциях Ганьсу, Цинхай и Нинся-Хуэйском автономном районе, что в два раза больше населения Туниса, в массовом порядке поставляющего рекрутов для Даиш. С 2014 года аль-Багдади объявил Китай мишенью джихада. В ноябре 2015 года боевики Даиш обезглавили китайского заложника. Даиш обнародовал видео на китайском, чтобы заманить в свои сети хуэйцзу.

Между сепаратистским молотом и джихадистской наковальней

Видео Даиш, записанное группировкой из западно-иракской провинции аль-Фурат, в котором уйгурские джихадисты обещали  вернуться и «пролить реки крови», было обнародовано в тот самый день (27 февраля), когда Китай проводил завершающую серию масштабных полицейских учений в Синьцзяне, направленных на демонстрацию решимости правительства справиться с угрозами безопасности.

Совпадение? Возможно. Но вряд ли можно сомневаться и в решимости Даиш распространить джихад на далёкие земли из-за быстрой потери влияния в Сирии и Ираке, и в столь же твёрдой решимости Китая предотвратить перерастание  уйгурского недовольства в полномасштабный джихад на территории крупнейшей провинции западного Китая, раскинувшейся по обе стороны Нового Шёлкового Пути.

Синьцзян

«Один пояс, Одна дорога» (ОПОД), официальное назначение проекта Нового Шелкового Пути — самое важное дело международной и экономической политики президента Си. Синьцзян — расположенная в самом центре Азии провинция размером с Германию, Францию, Италию и Британию вместе взятые и главный географический узел, примыкающий к Монголии, России, Казахстану, Киргизии, Таджикистану, Афганистану, Пакистану и Индии. Этот узел, связывающий гигантские энергетические и природные ресурсы, этот крупнейший производитель китайского природного газа и станет основной точкой соединения Китая с центральной и западной Азией лабиринтом скоростных железных дорог, трубопроводов и оптоволоконных кабелей. Его столица, Урумчи, превращается в информационно-технологический хаб. Проблемы в Синьцзяне означают огромные проблемы для ОПОД. Можно смело делать ставку на то, что Китай этого не потерпит.

С августа 2016 года Синьцзян-Уйгурский автономный район, как он называется официально, находится под управлением Чэнь Цюаньго, секретаря парткома СУАР, члена ЦК КПК 18 созыва и перспективного кандидата в Политбюро 19 созыва, которое будет избрано в октябре этого года.

До того, как занять пост в провинции Синьцзянь, Чень пять лет проработал секретарем парткома КПК Тибетского автономного района. Ему знакомо этническое разнообразие пограничных регионов и его проблемы, ему доверено Пекином с ним разбираться, он стоял рядом с Си Цзиньпином, когда было объявлено о политике Великой Железной Стены.

Управляя Тибетом, Чен  возродил методы социального контроля древних китайских династий, систему baojia** — групп соседей, наблюдающих за группами соседей, теперь она называется «сетевая система социального менеджмента», с мириадами небольших полицейских отделений в Лхасе и небольших городах и сетью граждан в каждом квартале, настроенных наблюдать за соседним кварталом, вынуждать к соответствующему поведению и вычислять подозрительных чужаков и потенциальных смутьянов.

Китайская вооружённая милиция принимает присягу на анти-террористическом митинге в Хотане, на северо-западе китайского Синьцзян-Уйгурского автономного района, 27 февраля 2017г. Фото: AFP.

Китайская вооружённая милиция на анти-террористическом митинге в честь принятия присяги в Хотане, на северо-западе китайского Синьцзян-Уйгурского автономного района, 27 февраля 2017г. Фото: AFP.

Эти же методы теперь дублируются от центра региона Урумчи до Корлы, Аксу, Кашгара и Хотана. И если социальный контроль и сетевой надзор окажутся не эффективными, Чень всегда может найти поддержку в Народной вооружённой милиции Китая, крупных подразделениях, которые были столь заметны на парадах в конце февраля.

Ставки высоки. Есть очень тонкая грань между социальным контролем, осуществляемым благоразумно и с долей одобрения и успеха и контролем, осуществляемым жёстко, воспринимаемым как репрессии и ведущим к росту ответных насильственных действий. Остается увидеть, перекроет ли Великая Железная Стена Чена и Си дорогу сепаратизму и джихадизму или использование излишнего силового давления нанесет серьёзный удар по наиболее амбициозному инфраструктурному проекту столетия.

Примечания:

* — организации, запрещённые в РФ.

** — Эта система содержалась в петициях, написанных Чжаном Сянхэ (1785–1862 гг.) в период с января по декабрь 1853 г., третий год правления Сяньфэн. Согласно биографии Чжана Сянхэ, приведенной в 7-ой главе труда Qing shi gao («История династии Цинн»), Чжан получил jin shi (докторскую степень) в 1820 г., занимал ряд должностей и со временем дослужился до должности главы Министерства общественных работ в 1859–1861 гг. . В 1853 г., когда были написаны эти петиции, Чжан был отозван в столицу из провинции Шэньси, где он занимал должность в руководстве магистрата. В одной из петиций Чжан высказал предложение о неотложной необходимости усиления боевой подготовки вооружённых сил и сооружения защитных укреплений в юго-восточном регионе в связи с ростом военных действий.

Чжан предлагал поддерживать общественный порядок с помощью системы bao jia — административной системы организации населения на основе крестьянских дворов. Согласно этой системе все китайские семьи были зарегистрированы в группы под руководством выборного лидера. В его обязанности входило обеспечение местного закона и порядка. Большинство спорных вопросов передавалось посредникам, которые либо были уважаемыми членами местного сообщества, либо лидерами влиятельных организаций. Всё это усиливалось взаимной общественной ответственностью.


В этой рубрике

Вот как Америка может принести мир на Украину

Как сообщается, администрация Трампа планирует предложить ввести миротворческий контингент на Украину. Инициатива будет иметь больше шансов на успех, если Вашингтон предложит пакет мер, которые сделаю...

Подробнее...

Насколько северокорейская загадка выводит из себя американский истеблишмент

XIX партийная конференция отчётливо дала понять, что «социализм с китайскими чертами» — как определил президент Си Цзиньпин — это концепция опережающего развития Китая. Вот только по этой стратегии не...

Подробнее...

Жулики, клоуны и нацисты — анализ в динамике

Слыхали ли вы совсем недавние важные новости с Украины? Нет? Ну, там идёт мини-майдан и, кажется, украинские националисты надеются, что Порошенко выкинут ещё до конца недели. Вы не знали? Тогда действ...

Подробнее...

Колокол Киркука звонит по американской стратегии в Сирии

Поражение курдов в Киркуке, на севере Ирака на этой неделе представляет собой мощный удар в целом по стратегии американцев по отношению к Ираку и Сирии. Перспектива бесцеремонного вытеснения США из Си...

Подробнее...

Киркук возвращён в ходе бескровного наступления

Битва за Киркук длилась менее 24 часов. В ходе молниеносного — и в основном бескровного — наступления Иракские силы безопасности (ИСБ) в понедельник возвратили контроль над штаб-квартирами Северной Не...

Подробнее...

Google+