Китай в поисках афганской «опоры»

Китай в поисках афганской «опоры»

Перед новым руководством Китая стоит множество внешнеполитических сложностей – от территориальных споров в Южно-Китайском море до роста напряжённости в отношениях с Японией. Усиливающееся соперничество с США определяет форму этих конфликтов, причём Вашингтон усиливает свою стратегическую опору в Азиатско-Тихоокеанском регионе.

В настоящее время Пекин изучает средства расширения своего влияния на новые регионы. Афганистан, с его обширными нетронутыми природными ресурсами, ключевым стратегическим положением, разрастающимся вакуумом безопасности и при наличии небольшого отрезка границы с Китайской Народной Республикой – идеальное для Пекина место, где стоит попытаться углубить своё стратегическое проникновение и экономическое влияние.

Как китайские компании выиграли самые прибыльные нефтяные контракты в Ираке, так Пекин может получить огромный экономический выигрыш в Афганистане, не размещая там ни единого солдата. Эта модель показывает различие стратегий двух наиболее мощных мировых держав. Недавняя история может повториться в Гиндукуше. Китайская экономическая нацеленность приносит свои плоды, а американская излишне милитаристская стратегия невероятно затратна и по большей части неэффективна.

Накануне 18-го Съезда Коммунистической партии Китая вице-президент Афганистана Мохаммад Карим вынужден был сказать о смене китайского руководства: «Я определённо считаю, что среди высшего руководства Китая после этого события будут изменения, но они не повлияют на дружбу Афганистана и Китая, скорее, они ещё больше усилят дружественные связи между двумя странами». (1) Эти надежды на улучшение отношений коренятся в недавнем важном повороте событий.

В сентябре Чжоу Юнкан, глава китайской внутренней безопасности, ушедший с поста на прошлой неделе, нанёс неожиданный визит в Кабул. Впервые после 1996 года Афганистан посетило высшее должностное лицо Китая. Чжоу встретился с афганским президентом Хамидом Карзаем, и два руководителя подписали несколько политических и экономических соглашений по сотрудничеству. Самым удивительным было обещание, что Китай будет помогать «тренировать, финансировать и экипировать» афганскую полицию. Чжоу заявил: «Это находится в соответствии с фундаментальными интересами двух народов; Китай и Афганистан будут крепить стратегическое партнёрство и сотрудничество, что внесёт вклад в установлении мира в регионе, стабильность и развитие».(2)
Китай может многое получить от стратегических вложений в Афганистан. Влияние на Кабул позволит Китаю распространить влияние глубже в Центральную и Южную Азию за счёт индийского, американского и российского влияния. Более того, Пекин постоянно фиксируется на упрочении внутренней безопасности и политического единства. Одна из основных угроз китайскому внутреннему единству – этнический сепаратизм в населённой преимущественно мусульманами провинции Синьцзянь. Некоторые из уйгурских сепаратистов из Синьцзяня связаны с Талибаном и другими мусульманскими движениями. В поисках влияния и стабильности в Афганистане, Пекин действует в интересах собственных безопасности, как внутренней, так и международной.

Китайские интересы в Афганистане простираются намного дальше интересов безопасности. Как и всегда в случае внешнеполитических целей Китая, Пекин углубляет участие в Афганистане по большей части из-за экономических факторов. Неудержимо растущие города Китая требуют огромного импорта меди, железа, нефти и угля для поддержания головокружительного роста. В докладе Пентагона оценивается, что Афганистан обладает потенциальными природными ресурсами на сумму более одного триллиона долларов. Жадный до ресурсов Китай, при его финансовых и технологических возможностях огромных вливаний в инфраструктуру, находится в привилегированной позиции для перехватывания афганских природных богатств.

В 2007 году принадлежащая государству китайская металлургическая корпорация обеспечила 30-летнюю аренду Мезаньяка в Афганистане, в провинции Логар. Китайские эксперты ожидают получить там меди более чем на $100 миллиардов. Работа на шахте была отложена по соображениям безопасности, а дело в том, что медь лежит под древним городом Шёлкового Пути. Археологи призывают отложить проект разработок, чтобы позволить провести должные раскопки, но кажется маловероятным, что китайская металлургическая корпорация проглотит $3.5 миллиардные потери своих первоначальных вложений в аренду шахт. Афганское правительство тоже может не жаждать лишиться прогнозируемых ежегодных $300 миллионов дохода от шахт.

Китайские компании начали качать нефть из афганских месторождений. Первая афганская коммерческая нефтяная позиция основана в северном Афганистане с помощью Китайской Национальной Нефтяной Корпорации (CNPC). Сотни миллионов долларов вложены в этот проект, и от него ожидается получение 1,5 миллионов баррелей нефти ежегодно, начиная со следующего года. (3) CNPC теперь работает над строительством нефтеперегонного завода, который позволит Афганистану стать более энергетически самодостаточным. И CNPC и афганское правительство намерены получить миллиарды долларов от 25-летнего контракта.

Помимо очевидных выгод для китайской стороны, само афганское правительство тоже может многое выиграть от сильных связей с Пекином. Во-первых, подобное движение позволяет афганским руководителям получить большую независимость от США. президент Карзай теперь может играть с Пекином, Вашингтоном и Нью-Дели против других ради собственной политической выгоды. Во-вторых, китайские вложения обеспечат столь необходимое финансирование, поскольку экономическая и финансовая помощь Вашингтона и Европы иссякает.

Америка идёт в крестовый поход, Китай торгует


Усиление китайско-афганских связей указывает на возникновение новой исторической модели. Китай выигрывает от обоих главных конфликтов, которые когда-то назывались «Глобальной войной против террора». Китайские фирмы пожинают сочные плоды контрактов в результате американских военных кошмаров.

Китайские компании получили самые большие нефтяные концессии от иракского правительства. Международное Энергетическое Агентство (IEA) полагает, что производство иракской нефти вырастет более чем вдвое в следующем десятилетии. IEA прогнозирует, что к 2035 году более 90% ближневосточной нефти будет уходить в Азию. Исполнительный директор IEA Мария ван дер Хувен подводит итог: «Ирак меняет правила игры, традиционные для нефти и газа. Китайские инвестиционные деньги потоком идут в регион, а нефть обратным потоком пойдёт в Пекин». (4)

Почему же китайские государственные компании процветают в результате проводимой американцами военной кампании? Для начала, китайские сундуки набиты твёрдой валютой, а растущая экономика Китая крайне зависима от природных ресурсов, в изобилии находящихся в Ираке и Афганистане. Китайские государственные предприятия обладают финансами и мотивацией предложить самую высокую цену в опустошённых войной странах с практически отсутствующей сути инфраструктурой. Конечно, важной причиной того, почему у Китая столько свободных денег стало то, что Пекин мудро избегал дорогостоящих военных авантюр.

Неразумная экономическая динамика может частично объяснить расцвет экономических успехов Китая в Ираке и Афганистане. Нельзя игнорировать и политические факторы. В Ираке и Афганистане многие в значительной мере возмущены действиями США. Незатухающее сопротивление подавляющему американскому военному превосходству нельзя удерживать бесконечно без серьёзной поддержки местного населения.

Даже поддерживаемые США правительства Ирака и Афганистана испытывают трудности в отношениях с Вашингтоном. Хотя Хамид Карзай завладел своим постом руководителя Афганистана благодаря американским военным мускулам, его отношения с патроном печально известны своей натянутостью. Более того, иракские и афганские руководители могут (что понимаемо) опасаться того, что экономические проекты западных фирм с большей вероятностью станут объектами вызванных мщением нападений и саботажа, чем китайские предприятия.

Такая динамика указывает на значительные сдвиги в глобальной системе. Эра старомодного империализма закончена. Даже самые могущественные государства Земли не могут конвертировать военное превосходство в экономическое влияние на другие страны. Руководство Китая разглядело эту тенденцию и получило преимущество. В недавние десятилетия Пекин избегал политического авантюризма и концентрировал внимание на внутренней инфраструктуре и внешней торговле Вашингтон, напротив, остаётся зацикленным на дорогостоящих вооружениях и затратном развёртывании войск за рубежом.

Результат этой разницы стратегий очевиден. Неполитические - и в собственных интересах - экономические инвестиции Китая принесли свои плоды и обернулись всё большим дефицитом природных ресурсов. В то же время, огромные американские финансовые кровопускания не помогли Америке получить ни единого барреля нефти.

Поскольку баланс сил сдвигается с Запада на Восток, Пекин может соблазниться милитаризацией своей внешней политики. Афганистан выстрадал три десятилетия гражданской войны и обладает огромными ресурсами природных ископаемых. Политическое развитие в Афганистане может значительно повлиять на северо-западные пограничные области Китая.

И наконец, применение силы в Афганистане угрожает вложениям китайских государственных компаний. Китайская шахта в Месаньяке уже попала под ракетный удар афганских повстанцев. Однажды Афганистан может оказаться заманчивой ареной для Китая, где тот сможет доказать военное превосходство. Если новые руководители Пекина усилят вовлечённость в беспокойный Афганистан, то им следовало бы научиться на несчастьях прошлых сверхдержав и помнить о преимуществах торговли над войной.

Ссылки:

1. CPC congress of great important to China, China Daily, Nov 9, 2012.
2. Top China official visits Afghanistan, signs security deal, Reuters, Sep 23, 2012.
3. China's CNPC begins oil production in Afghanistan, Reuters, Oct 21, 2012. 4. Iraq energy sector to benefit from China, The National, November 15, 2012.

Обсудить на форуме

В этой рубрике

Как Тегеран вписывается в стратегию России и Китая

Сказать сложные — ещё даже не обозначить позиции Ирана и России на геополитической шахматной доске. Что ясно в наш нынешний шаткий момент, так это что они партнёры, как я уже ранее сообщал. Хотя и не ...

Подробнее...

Официальные лица Ирана и США присутствовали на российском форуме по безопасности, но никто об этом не говорит

Недавно в российском городе Уфа завершилась десятая международная встреча по безопасности. Форум получил небольшое освещение в прессе, но он представляет собой один из немногих глобальных примеров мно...

Подробнее...

Иран в центре евразийской головоломки

На фоне рычания приходящих в полную боевую готовность «псов войны» в конце прошлой недели на XIX саммите ШОС в Бишкеке произошло нечто экстраординарное....

Подробнее...

Гармония «Пояса и Пути — и враждебность

Внутренней и внешней политикой администрации США, по-видимому, руководит комбинация финансовой жадности, желание воспользоваться для этого слабостью, склонностью к недоброжелательности и решимостью бы...

Подробнее...

На фронте США против России и Китая — отнюдь не затишье

Давайте начнём с середины мая, когда Нур-Султан, бывший ранее Астаной, принимал третий форум специалистов Россия-Казахстан, организованный совместно экспертным советом Валдайского клуба и Советом по м...

Подробнее...

Google+