Путин и Си во главе G6 плюс 1

Восток против Запада: контраст «дуэльных саммитов» в выходные попадёт в книги по истории

Путин и Си во главе G6 плюс 1

Пока все наблюдали божественную евразийскую интеграцию ШОС в китайском Циндао, что в родной провинции Конфуция Шаньдуне, в канадской Ла-Мальбе на саммите G6+1, иначе известном как G7, развёрзся ад,.

Президент США Дональд Трамп предсказуемо стал звездой шоу в Канаде. Он опоздал. Он рано уехал. Он пропустил рабочий завтрак. Он был не согласен со всеми. Он огласил «заявление о свободе торговли», без каких-либо барьеров и тарифов вообще, после того как ввел тарифы на сталь и алюминий для Европы и Канады. Он предложил вернуть Россию в G8 (Путин сказал, что у него другие приоритеты). Он подписал итоговое коммюнике, а затем отозвал свою подпись.

Отношение Трампа «мне плевать» свело с ума собравшихся в Канаде европейских руководителей. После официального фото президент США взял за руку нового итальянского премьер-министра Джузеппе Конти и восторженно заявил «У вас была великолепная победа на выборах!»

Европейцы были недовольны, и вынудили Конти подчиниться официальному ЕС, то есть политике немецкого канцлеры Ангелы Меркель: никакого возвращения России в G8, пока Москва не будет уважать Минские соглашения. На самом-то деле именно Украина не уважает Минские соглашения, а Трамп и Конти полностью на стороне России.

Меркель в последний момент предложила «механизм раздельной оценки» на приблизительно две недели, в попытке снизить растущую торговую напряжённость. Но администрация Трампа, по-видимому, не заинтересовалась этим.

«Стратегическая» смена игры

В это время в Циндао последовало потрясающее заявление, предсказуемо из уст президента Китая Си Цзинпиня: «Президент Путин и я, мы оба считаем, что китайско-российское  всеобъемлющее стратегическое партнёрство стало зрелым, твёрдым и стабильным».

Эта полная смена игры, потому что официально отношения между странами назывались «всесторонним партнёрством». Впервые зафиксировано, что Си поставил ударение на «стратегический». Опять же, по его собственным словам: «Это наивысшая, самая глубокая и стратегически значимая связь между ведущими державами мира».

И словно этого было недостаточно, Си сделал личное замечание о Путине, возможно вызванное амикошонством Трампа в отношении нравящихся ему руководителей — «Он мой лучший, самый близкий друг».

С серьёзным бизнесом, как обычно, все в порядке. Китайцы стали сотрудничать с российским гигантом ядерной энергетики «Росатомом» с целью получить передовые ядерные технологии и диверсифицировать ядерные контакты помимо нынешних западных поставщиков. Это компонент партнёрства «стратегического» энергетического альянса.

На трехсторонней встрече Россия-Китай-Монголия они все обещали полным ходом продвигать экономический коридор Китай-Монголия-Россия — один из ключевых отрезков Новых Шёлковых Путей, известных как Инициатива «Пояса и Пути».

Монголия снова пожелала стать транзитным хабом для поставок русского газа в Китай, диверсифицируя нынешние трубопроводы Газпрома из Благовещенска, Владивостока и с Алтая. По словам Путина, трубопровод восточного маршрута остается в планах, как и завод по сжижению природного газа на Ямале стоимостью  US$27 миллиардов, финансируемый российскими и китайскими компаниями.

По Арктике Путин и Си взялись за развитие Северного Морского Пути, включая глубокую модернизацию таких глубоководных портов, как Мурманск и Архангельск и инвестиции в инфраструктуру. Дополнительные геополитические показатели очевидны сами по себе.

На прошлой неделе Путин сказал, что ежегодный объем торговли между Москвой и Пекином вскоре достигнет  US$100 миллиардов. Ныне он находится на уровне  US$86 миллиардов. Но российский бизнес считает вполне возможным достижение  US$200 миллиардов к 2020 году.

Вся эта лихорадочная активность теперь открыто представлена Путиным, как внутренняя связность Инициативы Пояса и Пути и возглавляемого Россией Евразийского Экономического Союза. Можно и не упоминать, что сама ШОС внутренне связана и с Инициативой, и с ЕЭС.

В интервью китайскому телеканалу CGTN, Путин сказал, что хотя ШОС начиналась, как «незначимая организация» (в 2001-м), которая стремилась просто «решить пограничные вопросы» между Китаем, Россией и бывшими республиками Советского Союза, сегодня организация разворачивается в намного большую глобальную силу.

Параллельно, по словам Юй Цзяньлуна, генерального секретаря Китайской Палаты Международной Торговли, ШОС теперь накопила дополнительную мощь, чтобы использовать расширение Инициативы для расширения бизнеса в Европе, на Ближнем Востоке и в Африке.

Итак, совсем неудивительно, что компании стран ШОС теперь «поощряют» использовать свои собственные валюты в сделках в обход американского доллара, равно как и выстраивать платформы электронной коммерции в духе «Алибабы». Пока же Пекин инвестировал  US$84 миллиардов в другие страны ШОС, главным образом в их энергетику, добычу полезных ископаемых, транспорт (включая, например, шоссе Китай-Киргизия-Узбекистан), строительство и промышленность.

В кулуарах ШОС Путин встретился и с президентом Ирана Хассаном Роухани и пообещал в совершенно определённых выражениях сохранить иранское ядерное соглашение, или СВПД.

Сейчас в ШОС Иран присутствует в ранге наблюдателя. Путин снова подтвердил, что хочет видеть Тегеран полноправным членом организации. Хартия ШОС определяет, что «статус партнёра по диалогу может быть дан стране, которая разделяет цели и принципы ШОС и желает установить отношения, основанные на равных и взаимовыгодных условиях».

Иран, как наблюдатель, полностью этому соответствует. Загвоздкой оказался крошечный Таджикистан.

Добро пожаловать в фирменную, запутанную внутреннюю политику центрально-азиатских станов, в данном случае вращающуюся вокруг таджикского президента Эмомали Рахмона, который одобрил приобретение Саудовской Аравией 51% акций крупнейшего таджикского банка. Никто больше брать их не хотел, а Эр-Рияд просто покупал влияние.

Все полноправные члены ШОС должны получить единогласное одобрение. И всё же это не сможет воспрепятствовать большей экономической интеграции между Ираном, Россией и Китаем. В коридорах ШОС поговаривали, что после одностороннего выхода Трампа из СВПД китайские компании ожидают сверхприбылей на иранском рынке.

За закрытыми дверями, как сказали Asia Times дипломаты, ШОС обсуждали ключевой план, разработанный Контактной Группой ШОС-Афганистан, обще-азиатского мирного процесса, причём Россия, Китай, Индия, Пакистан, Иран и Афганистан пытались наконец-то разрешить без западного вмешательства длящуюся десятилетия трагедию.

А что там насчет G3?

«Дуэльные саммиты» явно определили обстановку. Встреча  G7 в Ла-Мальбе представляла собой не работающий старый порядок, разрываемый по большей части само-созданным хаосом и параличом на фоне возрождения Востока — от интеграции Инициативы, ЕАЭС, ШОС и БРИКС до поддерживаемого золотом юаня на будущем нефтяном рынке.

На фоне доктрины G7 полномасштабного доминирования с полным военным превосходством, в Циндао был представил новый подход. Непримиримо выставляемый старым порядком как автократичный  и наполненный «демократиями», склонными к «агрессии», на самом деле он стал наглядной иллюстрацией реальной многополярности, взаимодействия четырех великих цивилизаций, Евразийского Кафе, утверждающего, что иное, представляемое не «партией войны», будущее вполне возможно.

Одновременно дипломаты в Брюсселе подтвердили Asia Times, что постоянно появляются слухи о том, что Трамп, возможно, мечтает о G3 в составе США, России и Китая. В конце концов, Трамп лично восхищён лидерскими качествами и Путина, и Си, в то же время высмеивая кафкианский бюрократический лабиринт ЕС и его слабых руководителей, ныне представленных М3 (Меркель, Макрон, Мей).

В Европе по-видимому никто не слушает информированных советов, например, данных бельгийским экономистом Полем де Гроувом, который умоляет Франкфурт и Берлин справиться с общим долгом, без чего ЕС не переживёт суверенные кризисы отдельных его членов.

Трамп при всей его озадачивающей непоследовательности, по-видимому, понял, что  G7 — это «живой труп», и суть его действий крутится вокруг Китая, России и Индии, которые отнюдь не случайно составляют основу БРИКС.

Проблема в том, что национальная стратегия безопасности США, равно как и национальная стратегия обороны, отстаивают не меньше чем холодную войну 2.0 против и Китая, и России по всей Евразии. Теперь делаем ставки, кто сморгнёт первым.


В этой рубрике

Как Тегеран вписывается в стратегию России и Китая

Сказать сложные — ещё даже не обозначить позиции Ирана и России на геополитической шахматной доске. Что ясно в наш нынешний шаткий момент, так это что они партнёры, как я уже ранее сообщал. Хотя и не ...

Подробнее...

Официальные лица Ирана и США присутствовали на российском форуме по безопасности, но никто об этом не говорит

Недавно в российском городе Уфа завершилась десятая международная встреча по безопасности. Форум получил небольшое освещение в прессе, но он представляет собой один из немногих глобальных примеров мно...

Подробнее...

Иран в центре евразийской головоломки

На фоне рычания приходящих в полную боевую готовность «псов войны» в конце прошлой недели на XIX саммите ШОС в Бишкеке произошло нечто экстраординарное....

Подробнее...

Гармония «Пояса и Пути — и враждебность

Внутренней и внешней политикой администрации США, по-видимому, руководит комбинация финансовой жадности, желание воспользоваться для этого слабостью, склонностью к недоброжелательности и решимостью бы...

Подробнее...

На фронте США против России и Китая — отнюдь не затишье

Давайте начнём с середины мая, когда Нур-Султан, бывший ранее Астаной, принимал третий форум специалистов Россия-Казахстан, организованный совместно экспертным советом Валдайского клуба и Советом по м...

Подробнее...

Google+