Где «восстание слева»?

Интервью Френсиса Фукуямы Шпигелю

Где «восстание слева»?
Прибытие Обамы на базу ВВС Эндрюс на прошлой неделе, после поездки по пяти штатам. Обама и его советники, «очевидно, являются частью одного процента», убеждён профессор Фукуяма

Когда-то ученный-политолог Фрэнсис Фукуяма был любимчиком американских неоконсерваторов. В своем интервью «Шпигелю» автор «Конца Истории» объясняет, почему он считает, что крайние проявления капитализма представляют собой угрозу демократии и вопрошает, почему нет «Движения Чаепития слева»

Часть 1

Шпигель: Профессор Фукуяма, вы более всего известны своим «Концом Истории», в котором вы объявили, что после падения Советского Союза, либеральная демократия оказалась торжествующей глобальной моделью. Теперь, Ваше последнее исследование утверждает, что изъяны капитализма и глобализации могут подвергнуть опасности эту демократическую модель. Как вы объясняете это перемену?

Фукуяма: Капитализм - неправильное слово, чтобы применять его в данном случае, потому что жизнеспособной альтернативы капитализму нет. То, о чем мы действительно говорим, – это всего лишь экономический рост и развитие современных экономических обществ. Их прогрессу в Соединенных Штатах начинает бросать вызов комбинация различных факторов. Произошло множество технологических изменений, которые заменили низкоквалифицированный труд и оставили без работы множество людей в западных демократиях.

Шпигель: И поэтому такие страны, как Соединённые Штаты и Британия захотели превратиться в «сервисно-ориентированные» экономики.

Фукуяма: Мы легкомысленно приняли некую версию глобализации, которая предполагала, что нам необходимо очень быстро двигаться в этот пост-индустриальный, пост-мануфактурный мир. Делая так, мы забыли, что настоящей причиной того, что реальный социализм не состоялся в Соединенных Штатах, был тот факт, что современная экономика оказалась способной породить средне-классовые общества, в которых массы населения смогли приобрести статус среднего класса. Они работали в тех отраслях промышленности, которые были упразднены в наших странах и переведены в такие страны, как Китай.

Шпигель: Даже если представители среднего класса и сохранили свои рабочие места, они видят, что их доходы остаются на том же уровне или даже уменьшаются, в то время как немногие из верхушки победителей в глобализации пожинают ненормально огромные вознаграждения. Уровень неравенства доходов в продвинутых нациях сейчас больше чем когда-либо прежде. Какой эффект оказывает это на наши общества?

Фукуяма: Это нехорошо для демократии. Когда доходы распределены достаточно равномерно, и между богатыми и бедными нет достаточно большой разницы, у вас сильнее чувство общности. У вас сильнее чувство доверия. В вашей общности нет группировок с привилегиями доступа к политической системе, которую они могут использовать для продвижения собственных интересов.

Шпигель: …и каждая из которых подрывает демократический процесс.

Фукуяма: То, что вы увидите в демократии с более слабым средним классом – это в большей степени популизм, в большей степени внутренний конфликт, неспособность решить вопросы распределения надлежащим образом.

Так должно было быть слева, но, фактически, большая часть из этого существует справа. Если Вы говорите с представителями Движения Чаепития об их чувствах в отношении правительства, они очень пылки. Они ненавидят правительство. Они думают, что элита предала их.

Шпигель: Однако американцы начинают обсуждать проблему социального неравенства гораздо более открыто.

Фукуяма: Они постепенно начинают это осознавать. Нынешнее общественное внимание к неравенству и движение «Оккупируй Уолл Стрит» – предвестники изменений в этом направлении. Неприятность заключается в том, что Соединенным Штатам очень трудно мобилизовать народ вокруг таких чисто классовых вопросов. Президент Барак Обама был подвергнут остракизму как «европейский социалист», когда он поднял вопрос о повышении налогов на богатых. Такие классовые дебаты были исторически не популярны, за исключением очень короткого периода 1930-х годов, во время Великой Депрессии.

Шпигель: Нынешний финансовый кризис часто сравнивают с Великой Депрессией: почему мы не видим нового прецедента восстания слева против богатых?

Фукуяма: Я тоже в недоумении. Где это восстание слева? Это кризис, который начался на Уолл Стрит. Он действительно коренился в самой американской финансово-либеральной модели. Он чрезвычайно сильно ударил по обычным людям, и он принес выгоду богатейшей части общества, финансовому сектору, который очень благополучно прошел через кризис, благодаря правительственной помощи. Следовало полагать, что это подготовит почву для роста левого популизма, как это было в 1930-м году. Иными словами, движению Чаепития слева.

Шпигель: Могло ли движение «Оккупируй Уолл Стрит» заполнить эту пустоту слева?

Фукуяма: В действительности, я не воспринимаю это движение всерьёз, потому что его социальная база чрезвычайно узка. Оно, в основном, состоит из тех же самых детей, которые протестовали в 1999 году против Всемирной Торговой Организации в Сиэтле – из анти-капиталистов. Социологически большой проблемой для левых в США является то, что белый рабочий класс и нижний слой среднего класса, которые в Европе были бы уверенно социал-демократичными по своему политическому поведению, склонны голосовать за республиканцев или с легкостью вовлекаются в республиканский лагерь. До тех пор, пока люди из «Оккупируй Уолл Стрит» не свяжутся с этой социальной группой, в США не появится крупной лево-ориентированной общественной базы поддержки.

Шпигель: Разве кризис не был достаточно глубок, для того чтобы это произошло?

Фукуяма: Как ни парадоксально, но из-за того, что Федеральная Резервная Сисетма и Казначейство США поддержали финансовый сектор, кризис не развился в глубокую экономическую депрессию с безработицей в 20%, как это было в 1930-х. В то время президент Франклин Д. Рузвельт мог реструктурировать крупные банки. Я полагаю, что единственным решением наших нынешних проблем является реструктуризация всех этих крупных банков, «Goldman Sachs», «Citigroup», «Bank of America», и превратить их в более мелкие структуры, которым затем было бы позволено обанкротиться. Они бы уже не были «слишком большими, чтобы потерпеть упасть». Но этого пока не случилось.

Шпигель: Можно было также привести довод, что президент Обама просто не был столь жёсток, как Рузвельт.

Фукуяма: Как раз в разгар кризиса у Обамы была великолепная возможность. Это было примерно в то время, когда «Newsweek» вышел с заголовком «Теперь Мы Все Социалисты». Команда Обамы могла национализировать банки, а затем распродать их по частям. Но их общее представление о том, что возможно, а что желательно, до сих пор формируется потребностями этих крупных банков.

Шпигель: Другими словами, Обама и его влиятельные советники, такие как секретарь казначейства Тимоти Гайтнер, сами являются частью «одного процента» против которого направлено движение «Оккупируй Уолл Стрит».

Фукуяма: Они явно часть одного процента. Они общаются с этими гуру Уолл Стрита. Шеф «Goldman Sachs», Ллойд Бланкфейн, много раз на протяжении кризиса встречался с Гейтнером. Такой близкий контакт совершенно точно влияет на мировоззрение Белого Дома.

Шпигель: Вы всерьез будете утверждать, что Республиканцы менее близки к Уолл Стриту?

Фукуяма: О, нет. Республиканские политики полностью куплены Уолл Стритом. Но вот в чем настоящий вопрос: Почему их сторонники из рабочего класса продолжают за них голосовать? Моё объяснение - это, отчасти, глубокое недоверие к любой форме правительства, уходящее корнями далеко вглубь американской политики, и находящее сегодня отражение в таких политических фигурах, как Сара Пэйлин, выступающая против Обамы в первую очередь из-за того факта, что он окончил Гарвард. В американской политике существует своего рода негодование против того, чтобы управляли элиты.

Шпигель: Даже хотя движение Чаепития и финансируется в значительной степени миллиардерами, представляющими всё то, чему противостоят рядовые члены движения.

Часть 2: Активисты движения Чаепития мобилизуются против собственных экономических интересов

Фукуяма: Движение Чаепития является подлинно народным, я не покупаюсь на эти конспирологические теории, что оно инициировано всякими богачами-миллиардерами. Когда вы присутствуете на каком-нибудь из митингов сторонников Рона Пола, то они очень пассионарны. Все эти люди, как правило, молоды и в их умы только недавно были захвачены идеей, что правительство на самом деле является источником всех наших проблем. Поэтому я думаю, что убеждения активистов движения Чаепития искренни, ими не манипулируют миллиардеры. Но правда и то, что они мобилизуют против собственных интересов и в интересах элит, которые они должны презирать. Мне ещё не до конца ясно, почему они это делают.

Шпигель: Почему Обама не может склонить на свою сторону этих разочарованных людей?

Фукуяма: Президент так и не выдвинул другого видения экономического порядка, который бы не походил на простой возврат к чему-то вроде классической концепции больших государственных расходов, в либерально-демократической формулировке. Демократы так и не сформулировали свою экономическую философию, которая отличалась бы от простого возврата к 1970-м, влиятельному правительству и т.п., или свою позицию в отношении профсоюзов, которые настроены очень враждебно к глобализации.

Шпигель: Что еще следует ему сделать?

Фукуяма: Я на самом деле полагаю, что германская модель может быть очень интересной с точки зрения Америки, потому что Германия остаётся вторым крупнейшим в мире экспортёром, однако гораздо успешнее смогла проделать работу по защите своей производственной базы и своего рабочего класса – по сравнению с Соединёнными Штатами. Кто-то в США должен сформулировать стратегию, в которой будет сказано, что наша цель заключается не в максимизации совокупного дохода. Она состоит в защите среднего класса через взаимодействие с миром в условиях глобализации, но так, чтобы пользу получали широкие массы людей. Никто из демократов не способен реально это сделать.

Шпигель: Вы хотите, чтобы американские левые извлекли для себя уроки из «Повестки 2010» бывшего канцлера Германии Герхарда Шрёдера, спорного пакета социальных и трудовых реформ, который перевернул классическую социал-демократическую модель?

Фукуяма: То, что сделали социал-демократы в Германии – это увеличили гибкость рынка труда и сделали государстве всеобщего благосостояния Германии более дружелюбным к капиталистической конкуренции. Старая традиционная повестка дня, по которой мы собираемся просто всё больше и больше увеличивать социальную защиту, в Германии больше не работает, и это хорошо. Частично проблемы Европы в том, что такие реформы не были проведены во Франции и Италии.

Шпигель: Будет ли эта защита среднего класса включать новую форму глобального протекционизма?

Фукуяма: Нам ни за что нельзя позволить китайцам деиндустриализовать большую часть мира. Китайцы сумели сыграть на противоречиях западных стран друг с другом, по существу, воруя их технологии. Им это удалось, потому что каждый на Западе преследовал своекорыстные интересы, говоря: «В будущем я могу разориться из-за китайцев, но если я сейчас не сделаю деньги для себя, кто-то другой перебежит мне дорогу. Поэтому я делаю с ними бизнес, даже если они меня разоряют». Это очень недальновидно. Поэтому мы должны быть намного строже с Китаем.

Шпигель: А эту тенденцию можно переломить?

Фукуяма: Слишком поздно, - по крайней мере, в Соединённых Штатах. Мы отдали все важные отрасли промышленности Китаю.

Шпигель: Чувство безнадёжности преобладает в Европе. Каждый раз, когда политики ЕС пытаются предложить новые решения кризиса евро, им не удаётся убедить финансовых игроков по все миру. Возможно ли по-прежнему политическое руководство, если учитывать подавляющую силу мировых финансовых рынков?

Фукуяма: Проблема политического руководства связана не только с давлением со стороны рынков. Вся современная демократия больна, и болезнь состоит в том, что демократическим процессом, как правило, заправляют хорошо организованные группы, которые не являются репрезентативными для населения в целом. В этом вся проблема с Грецией. И фармацевты, и доктора, и государственные служащие, и архитекторы, и все другие социальные группы в стране, организовались в закрытые корпорации, которые контролируют цены и в то же время по большей части уходят от налогообложения. Они делают огромные деньги, но национального банкротства не миновать.

Шпигель: Для реформы греческой системы сейчас привлекаются технократы, которых не избирали, и советники со стороны. Что это означит для демократии?

Фукуяма: Если бы мне пришлось заключать пари на собственные деньги, - Греция собирается покинуть зону евро, потому что в конечном счёте любое внешнее вмешательство будет расценено греческой общественностью как недемократическое вмешательство в политику, которого они не хотят. Греки просто никогда не будут веси себя как немцы, не так ли?

Шпигель: Может ли Европа в своих отчаянных попытках спасти евро, быть по-прежнему демократичной?

Фукуяма: Весь европейский проект с самого начала был управляем элитой. Свидетельство этому – каждый раз, когда какая-нибудь страна проводила референдум и голосовала против подписания законов ЕС……

Шпигель: ... этот референдум просто проводили снова.

Фукуяма: Элиты Евросоюза говорят: «Ах, в этот раз вы просто ошиблись. Мы будем проводить голосование, пока до вас не дойдёт правильно». Практически в каждой европейской стране сейчас появилась правая популистская партия. Эти партии против ЕС, против иммигрантов, и это имеет точно те же причины, потому что есть понимание того, что элиты в Европе на самом деле не решают проблемы этих стран.

Шпигель: С другой стороны, авторитарные системы, похоже, становятся всё более и более популярными. Когда, например, немецкие предприниматели ездят в коммунистический Китай, они в восторге от тамошней системы. Они поражены тем, как быстро там проходит принятие важных решений.

Фукуяма: Это я слышал и от американских бизнесменов. Отличие китайской системы особенно поражает, когда вы сравниваете её с Европой и Соединёнными Штатами, где в настоящее время вы просто не можете получить решение.

Шпигель: Итак, авторитарный Китай появится как новая глобальная модель – что полностью противоречит Вашему тезису из «Конца истории», что демократия станет безусловным выбором по всему миру.

Фукуяма: Нет. Китай никогда не будет глобальной моделью. Наша сегодняшняя западная модель действительно не работает по ряду фундаментальных направлений, но и китайская модель не будет работать. Это глубоко несправедливая и аморальная система, где у любого может быть отобрано что угодно в мгновение ока, где люди погибают в железнодорожных катастрофах из-за вопиющего отсутствия контроля со стороны общества и прозрачности, где правит коррупция. Мы уже видели масштабные протесты во всех частях Китая…

Шпигель: ... которые, как опасается Коммунистическая партия, напоминает Арабскую весну.

Фукуяма: Когда руководство перестанет обеспечивать сегодняшний уровень экономического роста, он получит огромную моральную уязвимость. Либеральная демократия на самом деле по-прежнему остаётся единственным оптимальным выбором по всему миру, несмотря на все её недостатки.

Шпигель: Благодарим Вас за интервью, профессор Фукуяма.

Интервью брали Ганс Хоинг и Грегор Петер Шмитц

Обсудить на форуме

В этой рубрике

По палестинскому вопросу Индия — на правильной стороне истории

Справедливо будет предположить, что решение Индии в четверг проголосовать на Генеральной Ассамблее ООН против решения президента США Дональда Трампа признать Иерусалим столицей Израиля могло быть прин...

Подробнее...

Игры и забавы в ООН

Это была неделя бенефиса Соединённых Штатов в ООН. Перво-наперво США наложили вето на резолюцию Совбеза, которая, в сущности, аннулировала признание Соединёнными Штатами Иерусалима столицей Израиля. Ч...

Подробнее...

Индия выступила на стороне России, когда США пересекли красную линию на Украине

Сделав крайне значительный дипломатический жест, во вторник Индия продемонстрировала солидарность с Россией во время голосования на заседании Генеральной Ассамблеи ООН по ситуации с нарушением прав че...

Подробнее...

Возвращение с холода: жест ЦРУ указывает на потепление отношений США и России

В анналах российско-американских отношений трудно отыскать прецедент, когда кремлёвский лидер звонил своему коллеге из Белого дома, чтобы передать личную благодарность и признательность за большой вкл...

Подробнее...

Турция переходит к полному игнорированию США, продолжая налаживать дружеские отношения с Путиным

В понедельник советник президента США по вопросам национальной безопасности «Г. Р.» Макмастер подлил масла в костёр напряжённости на Ближнем Востоке, осудив Турцию и Катар как главных спонсоров экстре...

Подробнее...

Google+