Зрелищное насилие, как оружие войны против «жёлтых жилетов»

Зрелищное насилие, как оружие войны против «жёлтых жилетов»

Насилие — это зрелищное оружие, применяемое правящим классом с целью дискредитировать низовые движения и оправдать свои репрессии. Это зрелищно в смысле главного и мощного политического инструмента для управления массами и удержания их на своём месте.

Однако в порядке применения оружие насилия зрелищно и в другом смысле: оно создаёт тщательно организованную мизансцену, призванную сделать насилие правящего класса невидимым, одновременно трансформируя акты сопротивления в потрясающий спектакль преступного насилия.

Именно так 18-й случай протестов «жёлтых жилетов»  ныне и представляется в масс-медиа: в точно выбранный момент, когда правительство завершает демократические консультации с народом «большими дебатами» Эммануэля Макрона, «жёлтые жилеты» развязали необычный уровень насилия, которое теперь необходимо подавить самым жёстким образом. Президент комитета Елисейских полей Жан-Ноэль Рейнхардт объявил в интервью, где он был окружён множеством микрофонов ведущих изданий, что движение больше не «жёлтые жилеты», а скорее «чёрные жилеты», которые попросту «выражают ненависть и желание разрушать». Заявляя, что этой ситуации нельзя позволять развиваться из-за влияния на торговлю и туризм, равно как и деформацию глобального символа Елисейских полей, его заявление плавно перетекает в заявление, сделанное премьер-министром Эдуардом Филиппом: будут введены новые меры, призванные запретить протесты в определённых местах и разрешить ещё более агрессивные меры, принимаемые полицией.

Полиция-1

На момент зрелищного показа ущерба, нанесённого застрахованной частной собственности индустрии торговли и роскоши, представленного, как квинтэссенция «насилия», стоит отметить, что генеральный секретарь союза полицейских Unsa Филипп Капон публично прояснил, что полиция в субботу получила приказ не вмешиваться, поскольку был явный выбор «позволить определённое количество разрушений». Нельзя было выбрать лучшее время, ведь у правительства руки были связаны. После нескольких ничтожных уступок в декабре, как и непоследовательной театральности «больших дебатов», «жёлтые жилеты» не ушли домой, пережив и зиму, и развязанные против них крайние формы насилия репрессивного государства.

Так что этот нынешний спектакль насилия служит двум целям. Первая и основная, он скрывает структурное насилие капитализма и плутократической олигархии, которые представляют собой основные источники нынешний волнений. Условия жизни масс всё более неприемлемы, а традиционная система политики партий и союзов не срабатывает. Один из протестных плакатов, который выражает суть, просто констатирует: «Насилие есть нищета». Вместо того, чтобы всерьёз разобраться с вездесущим и банальным характером этого насилия, что представляет собой насилие капиталистического неравенства, конструируется зрелищное «насилие», и именно для того, чтобы отвлечь от ежедневного разрушения жизни при капиталистическом правлении. Это понимается, как временное и раздражающее нарушение статус-кво, которое надо ликвидировать. Это «насилие» сожжения банка вместо основания нового или, более общё, насилие банковской системы в её ежедневной роли обеспечения гегемонии глобального правящего класса.

Во-вторых, зрелище насилия, организованного государством и масс-медиа, служит тому, чтобы налепить алую букву «Н» как знак насилия на движение «жёлтых жилетов», дабы одновременно криминализировать его и оправдать жестокие репрессии. Было множество случаев, когда полицейских ловили на камеру, когда они крушили собственность, чтобы обвинить протестующих; многие офицеры на снимках и в кадрах с молотками, вероятно именно в этих целях. По крайней мере один сотрудник полицейских сил высказался против насилия, развёрнутого против ненасильственных протестующих, которое поощряется министром внутренних дел, равно как он высказался и против усилий разжечь насилие среди протестующих.

Правящие круги Франции не очень преуспели в этом аспекте своей пропагандистской кампании, поскольку даже либеральные организации, вроде ООН, Совета Европы, Европейского Парламента и  «Международной амнистии», увидели в этом попытку сделать насилие государства незаметным или по крайней мере оправданным. 26 февраля комиссар Совета Европы по правам человека Дуня Миятович подготовила меморандум, в котором суммируются случаи насилия с одновременной критикой отсутствие точности и строгости в статистике, составляемой государством и СМИ: «Судя по сводкам министерства внутренних дел с начала акций движения «жёлтых жилетов» по 4 февраля 2019 года полицией было использовано 12 122 зарядов специальных гранатомётов LBD*, 1 428 гранат со слезоточивым газом** и 4 942 ручных гранат с поражающими элементами в виде резиновых шариков». Основываясь на расчётах независимых журналистов, приведенных в сообщении, зафиксировано «38 ран верхних конечностей, в том числе 5 оторванных кистей рук, 52 раны нижних конечностей, 3 ранения в паховую область и 189 ранений головы, в том числе у 20 человек с потерей глаза». Медики и журналисты подвергаются постоянным нападениям, зафиксировано множество бесчеловечных нападений, рекордное количество протестующих арестовано.

ЖЖ

Тем не менее, значимые государственные структуры, масс-медиа и плутократия пошли на многое, чтобы скрыть систематическое применение государством насилия против не применяющих насилие протестующих, медиков, журналистов и простых прохожих. Эммануэль Макрон выразил саму суть либеральной идеологии в отношении государства,  категорически заявив, что мы не можем говорить о «репрессиях» или о «насилии полиции» во Франции сегодня, поскольку «эти слова неприемлемы по нормам права [dans un état de droit]». Строго говоря, тогда не может быть и такой вещи, как «государственное насилие», поскольку государство выступает против насилия, и последнее может исходить лишь от  варварских и анархических сил вне его.

Тут мы видим двойное действие зрелищного насилия в полной мере. С одной стороны, государство стремится скрыть зрелищное использование капиталистического правления и столь же зрелищных репрессий любого сопротивления ему. С другой стороны, оно стремится инициировать или создать зрелищное «насилие» среди протестов, чтобы одновременно их дискредитировать  и использовать этот спектакль, как прикрытие собственной нарастающей эксплуатации и репрессий. Это и есть два основных аспекта зрелищного насилия, разворачивающегося сейчас во Франции.

Всем нам необходимо определить эту тактику, что она из себя представляет, и найти стратегию борьбы против крайне зловредного воздействия. Иначе мы рискуем погибнуть из-за идеологической инверсии, столь точно диагностированной Малькольмом Икс в лекции 13 декабря 1963 года, в которой он объяснил, что пресса настолько влиятельна в своей «роли создателя образа», что «может заставить преступника выглядеть жертвой, а жертву выглядеть преступником».

Статья коллективно обработана в  Radical Education Department.

Примечания:

* — LBD, lanceur de balle de défense, дословно пусковое устройство для оборонительных пуль, стоящее на вооружении французской полиции; критикуется за его невысокую точность. Полицией используется оружие французской фирмы Verney-Carron торговой марки Flash-Ball, стреляющее круглыми резиновыми шариками (44мм, 28 грамм, с областью поражения почти 7 см и кинетической энергией, равной удару профессионального боксера, эффективная дальность поражения 10 метров); и одноразовые гранатомёты швейцарской фирмы Brügger & Thomet LL-06 обеспечивающими возможность стрельбы нелетальными боеприпасами (40 мм гранатами со слезоточивым газом, патронами с резиновыми пулями и др., дальность 35-50 м).

** — помимо слезоточивого газа, резиновых пуль и водометов французские органы правопорядка применяют запрещённые на территории всей Европы кроме Франции гранаты GLI F4. Заряд представляет собой смесь 25 граммов взрывчатого вещества в тротиловом эквиваленте и слезоточивого газа. Взрыв гранаты настолько оглушителен, что может повредить барабанные перепонки, поскольку мощность звука достигает 165 децибел.


В этой рубрике

Самоубийство Франции

• «Французскость» исчезает, её замещает некая балканизация анклавов, не общающихся друг с другом… не очень хороший рецепт. • Чем больше французские элиты с их доходами и культурной ленью зарываются в...

Подробнее...

Мы согласны с Маттео Сальвинии в том, что границы Европы надо защищать от вторжения мигрантов

В четверг на  переговорах в Будапеште премьер-министр Виктор Орбан и заместитель премьер-министра Италии и министр внутренних дел Маттео Сальвини договорились о важности сильных национальных госу...

Подробнее...

Борьба с терроризмом по-шведски

По словам официальных лиц в Стокгольме, жителям Швеции нечего бояться боевиков ИГ*, возвращающихся с Ближнего Востока и стремящихся мирно жить в Швеции, не нарушая закон....

Подробнее...

Демократический триумф сепаратистов Каталонии

Испанские всеобщие выборы в Каталонии обернулись потрясающей победой сепаратистов, их лучшим за все времена результатом, достигнутым несмотря на то, что их руководство либо в изгнании, либо стало поли...

Подробнее...

Пожар в Нотр-Даме и разрушение христианской Европы

И часа не прошло после того, как над Нотр-Дамом появились языки пламени — пока никто не дал никакого объяснения — французские власти поспешили заявить, что пожар был «случайностью» и что «поджог иск...

Подробнее...

Google+