Зрелищное насилие, как оружие войны против «жёлтых жилетов»

Зрелищное насилие, как оружие войны против «жёлтых жилетов»

Насилие — это зрелищное оружие, применяемое правящим классом с целью дискредитировать низовые движения и оправдать свои репрессии. Это зрелищно в смысле главного и мощного политического инструмента для управления массами и удержания их на своём месте.

Однако в порядке применения оружие насилия зрелищно и в другом смысле: оно создаёт тщательно организованную мизансцену, призванную сделать насилие правящего класса невидимым, одновременно трансформируя акты сопротивления в потрясающий спектакль преступного насилия.

Именно так 18-й случай протестов «жёлтых жилетов»  ныне и представляется в масс-медиа: в точно выбранный момент, когда правительство завершает демократические консультации с народом «большими дебатами» Эммануэля Макрона, «жёлтые жилеты» развязали необычный уровень насилия, которое теперь необходимо подавить самым жёстким образом. Президент комитета Елисейских полей Жан-Ноэль Рейнхардт объявил в интервью, где он был окружён множеством микрофонов ведущих изданий, что движение больше не «жёлтые жилеты», а скорее «чёрные жилеты», которые попросту «выражают ненависть и желание разрушать». Заявляя, что этой ситуации нельзя позволять развиваться из-за влияния на торговлю и туризм, равно как и деформацию глобального символа Елисейских полей, его заявление плавно перетекает в заявление, сделанное премьер-министром Эдуардом Филиппом: будут введены новые меры, призванные запретить протесты в определённых местах и разрешить ещё более агрессивные меры, принимаемые полицией.

Полиция-1

На момент зрелищного показа ущерба, нанесённого застрахованной частной собственности индустрии торговли и роскоши, представленного, как квинтэссенция «насилия», стоит отметить, что генеральный секретарь союза полицейских Unsa Филипп Капон публично прояснил, что полиция в субботу получила приказ не вмешиваться, поскольку был явный выбор «позволить определённое количество разрушений». Нельзя было выбрать лучшее время, ведь у правительства руки были связаны. После нескольких ничтожных уступок в декабре, как и непоследовательной театральности «больших дебатов», «жёлтые жилеты» не ушли домой, пережив и зиму, и развязанные против них крайние формы насилия репрессивного государства.

Так что этот нынешний спектакль насилия служит двум целям. Первая и основная, он скрывает структурное насилие капитализма и плутократической олигархии, которые представляют собой основные источники нынешний волнений. Условия жизни масс всё более неприемлемы, а традиционная система политики партий и союзов не срабатывает. Один из протестных плакатов, который выражает суть, просто констатирует: «Насилие есть нищета». Вместо того, чтобы всерьёз разобраться с вездесущим и банальным характером этого насилия, что представляет собой насилие капиталистического неравенства, конструируется зрелищное «насилие», и именно для того, чтобы отвлечь от ежедневного разрушения жизни при капиталистическом правлении. Это понимается, как временное и раздражающее нарушение статус-кво, которое надо ликвидировать. Это «насилие» сожжения банка вместо основания нового или, более общё, насилие банковской системы в её ежедневной роли обеспечения гегемонии глобального правящего класса.

Во-вторых, зрелище насилия, организованного государством и масс-медиа, служит тому, чтобы налепить алую букву «Н» как знак насилия на движение «жёлтых жилетов», дабы одновременно криминализировать его и оправдать жестокие репрессии. Было множество случаев, когда полицейских ловили на камеру, когда они крушили собственность, чтобы обвинить протестующих; многие офицеры на снимках и в кадрах с молотками, вероятно именно в этих целях. По крайней мере один сотрудник полицейских сил высказался против насилия, развёрнутого против ненасильственных протестующих, которое поощряется министром внутренних дел, равно как он высказался и против усилий разжечь насилие среди протестующих.

Правящие круги Франции не очень преуспели в этом аспекте своей пропагандистской кампании, поскольку даже либеральные организации, вроде ООН, Совета Европы, Европейского Парламента и  «Международной амнистии», увидели в этом попытку сделать насилие государства незаметным или по крайней мере оправданным. 26 февраля комиссар Совета Европы по правам человека Дуня Миятович подготовила меморандум, в котором суммируются случаи насилия с одновременной критикой отсутствие точности и строгости в статистике, составляемой государством и СМИ: «Судя по сводкам министерства внутренних дел с начала акций движения «жёлтых жилетов» по 4 февраля 2019 года полицией было использовано 12 122 зарядов специальных гранатомётов LBD*, 1 428 гранат со слезоточивым газом** и 4 942 ручных гранат с поражающими элементами в виде резиновых шариков». Основываясь на расчётах независимых журналистов, приведенных в сообщении, зафиксировано «38 ран верхних конечностей, в том числе 5 оторванных кистей рук, 52 раны нижних конечностей, 3 ранения в паховую область и 189 ранений головы, в том числе у 20 человек с потерей глаза». Медики и журналисты подвергаются постоянным нападениям, зафиксировано множество бесчеловечных нападений, рекордное количество протестующих арестовано.

ЖЖ

Тем не менее, значимые государственные структуры, масс-медиа и плутократия пошли на многое, чтобы скрыть систематическое применение государством насилия против не применяющих насилие протестующих, медиков, журналистов и простых прохожих. Эммануэль Макрон выразил саму суть либеральной идеологии в отношении государства,  категорически заявив, что мы не можем говорить о «репрессиях» или о «насилии полиции» во Франции сегодня, поскольку «эти слова неприемлемы по нормам права [dans un état de droit]». Строго говоря, тогда не может быть и такой вещи, как «государственное насилие», поскольку государство выступает против насилия, и последнее может исходить лишь от  варварских и анархических сил вне его.

Тут мы видим двойное действие зрелищного насилия в полной мере. С одной стороны, государство стремится скрыть зрелищное использование капиталистического правления и столь же зрелищных репрессий любого сопротивления ему. С другой стороны, оно стремится инициировать или создать зрелищное «насилие» среди протестов, чтобы одновременно их дискредитировать  и использовать этот спектакль, как прикрытие собственной нарастающей эксплуатации и репрессий. Это и есть два основных аспекта зрелищного насилия, разворачивающегося сейчас во Франции.

Всем нам необходимо определить эту тактику, что она из себя представляет, и найти стратегию борьбы против крайне зловредного воздействия. Иначе мы рискуем погибнуть из-за идеологической инверсии, столь точно диагностированной Малькольмом Икс в лекции 13 декабря 1963 года, в которой он объяснил, что пресса настолько влиятельна в своей «роли создателя образа», что «может заставить преступника выглядеть жертвой, а жертву выглядеть преступником».

Статья коллективно обработана в  Radical Education Department.

Примечания:

* — LBD, lanceur de balle de défense, дословно пусковое устройство для оборонительных пуль, стоящее на вооружении французской полиции; критикуется за его невысокую точность. Полицией используется оружие французской фирмы Verney-Carron торговой марки Flash-Ball, стреляющее круглыми резиновыми шариками (44мм, 28 грамм, с областью поражения почти 7 см и кинетической энергией, равной удару профессионального боксера, эффективная дальность поражения 10 метров); и одноразовые гранатомёты швейцарской фирмы Brügger & Thomet LL-06 обеспечивающими возможность стрельбы нелетальными боеприпасами (40 мм гранатами со слезоточивым газом, патронами с резиновыми пулями и др., дальность 35-50 м).

** — помимо слезоточивого газа, резиновых пуль и водометов французские органы правопорядка применяют запрещённые на территории всей Европы кроме Франции гранаты GLI F4. Заряд представляет собой смесь 25 граммов взрывчатого вещества в тротиловом эквиваленте и слезоточивого газа. Взрыв гранаты настолько оглушителен, что может повредить барабанные перепонки, поскольку мощность звука достигает 165 децибел.


В этой рубрике

Швеция: Хиджаб стал «образом года»

20 января единственная Олимпийская медалистка Ирана Кимия Ализаде бежала из Ирана. «Я одна из миллионов репрессируемых женщин в Иране, которыми они многие годы играют», написала она. Затем в прошлом ...

Подробнее...

Оксфорд может исключить эпические поэмы из классической программы

Известный учёный Виктор Дейвис Хэнсон объясняет, почему такой шаг был бы ошибочным Факультет классики Оксфордского университета предложил убрать из вводного курса две древние эпические поэмы, чтобы...

Подробнее...

Швеция: вопреки реальности

Ещё в феврале и марте 2017 года BBC News дали ряд статей о замечаниях Трампа с поношениями Швеции, в том числе под заголовком  «Трамп неправ, в Мальмё все тихо и спокойно»....

Подробнее...

Борис, Брексит и ирландская граница

Одна страна, две системы. Британия покидает Европейский Союз. Соединённое Королевство Великобритании и Северной Ирландии уходит не на единых условиях....

Подробнее...

Соединённое Королевство: от Брексита 23 июня 2016-го до всеобщих выборов 12 декабря 2019-го

В июне 2016 года Брексит был принят 51,9% против 48,9%. Это стало политической сенсацией и  огромным ударом по высокомерию и всемогуществу денег. Хотя результаты были относительно ясны (по швейца...

Подробнее...

Google+