Геополитика Сулеймани год спустя

Геополитика Сулеймани год спустя

Убийство генерал-майора Касема Сулеймани, командующего силами КУДС КСИР, как и Абу Махди аль-Мухандиса, заместителя командующего иракского ополчения Хашд-аль-Шааб, наведённой лазером ракетой Хеллфайер, запущенной с помощью двух беспилотников  MQ-9 «Хищник», было актом войны.

Удар беспилотниками по аэропорту Багдада, непосредственно по приказу президента Трампа, был не только односторонним, неспровоцированным и противозаконным — он был задуман, как явная провокация с целью вызвать резкую реакцию Ирана, которой затем была бы противопоставлена американская «самооборона», под видом «сдерживания». Назовите это извращённой формой повышения ставок в игре, обратной формой операции под чужим флагом.

Имперский Могущественный Вуртлитцер представил это, как «целевое убийство». Предупредительную операцию против якобы планировавшихся Сулеймани «неизбежных нападений» на дипломатов США и их войска.

Ложь. Никаких вообще доказательств. А затем премьер-министр Адил Абдул-Махди перед парламентом предложил конечный смысл: Сулеймани участвовал в дипломатической миссии, на рейсовом самолёте между Дамаском и Багдадом, участвуя в сложных переговорах между Тегераном и Риядом, с премьер-министром Ирака в качестве посредника по просьбе президента Трампа.

Итак, имперская машина — насмехаясь над международными законами — убила де-факто дипломатического посланника.

Три основных фракции, которые толкали к убийству Сулеймани были: неоконы США — совершенно невежественные в истории, культуре и политике Юго-западной Азии — и израильское и саудовское лобби, которые горячо верят, что их интересы продвигаются каждый раз Иран оказывается атакован. Трамп, возможно, не мог видеть Большую Картину и ее мрачные последствия: только то, что диктует его основной донор Шелдон Эдельсон. И что нашептывает в его ухо Джаред Кушнер, контролируемый своим приятелем Мухаммадом бин Салманом.

Броня американского «престижа»

Взвешенный иранский ответ на убийство Сулеймани был тщательно откалиброван, чтобы не вызвать мстительного имперского «сдерживания»:

Точные ракетные удары по контролируемой американцами воздушной базе Айн аль-Асад в Ираке. Пентагон получил переданное послание.

Предсказуемо, что в канун первой годовщины убийство Сулеймани должно было переродиться в признаки очередного положения на грани войны между США и Ираном.

Так что весьма поучительно узнать, что сказал командующий Аэрокосмического отдела КСИР бригадный генерал  Амир-Али Хаджизаде ливанской Аль Манар: «США и сионистский режим Израиля никуда не принесли безопасность, и если здесь что-то произойдёт (в регионе) и разразится война, мы не будет проводить различия между базами США и странами, их принимающими».

Хаджизаде, говоря о точных ракетных ударах год назад, добавил:

«Мы были готовы к американскому ответу и вся наша ракетная мощь была в состоянии боевой готовности. Если бы они ответили, мы бы ударили по всем их базам от Иордании до Ирака и Персидского Залива, и даже по кораблям в Индийском океане».

Точные ракетные удары по базе Айн аль-Асад год назад представляли собой силу среднего уровня, ослабленную санкциями и столкнувшуюся с огромным экономическим/финансовым кризисом, отвечающую на нападение имперских сил, являющихся частью Империи Баз. Это был впервые — неслыханное со времён окончания Второй Мировой. И это было интерпретировано на огромной части Глобального Юга, как фатальный укол многолетней гегемонистской брони американского «престижа».

Так что Тегеран не только не был впечатлен двумя Б-52, способными нести ядерное оружие, которые недавно летали над Персидским Заливом или объявление Флота США о прибытии ядерного авианосца «Джорджия» с ракетным вооружением в Персидский Залив на прошлой неделе.

Это развёртывание было представлено как ответ на безосновательные заявления, что Тегеран стоит за нападением 21 ракетой на расползающееся всё шире Посольство США в Зелёной Зоне Багдада.

Неразорвавшиеся ракеты калибра 107мм — кстати, с маркировкой на английском, а не на фарси — можно легко купить подпольном багдадском базаре, что я сам вижу в Ираке с середины 2000-х.

Это определённо не может считаться казус бели — или «самообороной» в смеси со «сдерживанием». Обоснование Центкома звучит, как скетч Монти Пацтона: «нападение «… почти определённо проведено поддерживаемой Ираном повстанческой группой». Отметьте, что «почти определённо» это зашифрованное «мы понятия не имеем, кто это сделал».

Как вести — настоящую — войну против террора

Премьер-министр Ирана Джавад Зариф потрудился (см. прилагаемый твит) предупредить Трампа, что ему состряпали фальшивый казус бели — и ответный удар неизбежен. Это случай, когда иранская дипломатия идеально выстраивается с КСИР: в конце концов, вся стратегия после Сулеймани исходит прямиком от Аятоллы Хаменеи.

И это ведёт к тому, что командующий КСИР Хаджизаде снова устанавливает иранскую красную черту в отношении обороны Исламской Республики: «Мы не будем больше вести переговоры о ракетной мощи» — предупреждая любые шаги внести сокращение ракет при возможном возврате Вашингтона в СВПД. Хаджизаде также подчеркнул, что Тегеран ограничил радиус своих ракет 2 000 км.

Мой друг Элайджа Магниер, вероятно, ведущий военный корреспондент в Юго-Западной Азии за прошедшие четыре десятка лет, аккуратно уточнил значимость Сулеймани.

Всё не только по Оси Сопротивления — Тегеран. Багдад, Дамаск, Хезболла — но на обширном Глобальном Юге твёрдо знали, как Сулеймани вел борьбу против ИГИЛ/Даиш* в Ираке в 2014-2015 годах, и как он искусно вернул в 2015 году Тикрит.

Зейнаб Сулеймани, дочь генерала, характеризует отца и то, какие он вызывал чувства. И генеральный секретарь Хезболла Сайед Насралла в замечательном интервью подчеркнул «огромную скромность» Сулеймани даже «с обычными, простыми людьми».

Насралла рассказывает, что существенным для характера действий Сулеймани была настоящая — а не выдуманная — война против террора, его слова заслуживают того, чтобы их процитировать полностью:

«В то время Хаджи Касем ехал из из аэропорта Багдада с аэропорт Дамаска, откуда отправился  прямиком в Бейрут, в южный пригород. Он прибыл ко мне в полночь. Я очень хорошо помню, что он мне сказал: «На рассвете ты должен обеспечить мне 120 оперативных командиров (Хезболлы)». Я ответил: «Но Хаджи, уже полночь, как могу предоставить тебе 120 командиров?». Он сказал мне, что другого решения нет, если мы хотим эффективно бороться против ИГИЛ, защищать иракский народ, наши святыни (мавзолеи 5 из 12 имамов Twelver Shi’ism находятся в Ираке), наш Ховзас (исламские семинары) и всё, что есть в Ираке. Выбора нет. «Мне не нужны бойцы, мне нужны командиры (контролировать подразделения иракской народной мобилизации». Вот почему в своей речи (об убийстве Сулеймани) я сказал, что за 22 года наших отношений с Хаджи Касемом Сулеймани он никогда нас ни о чем не просил. Он не просил ни о чём, даже для Ирана. Да, он открыто попросил один раз, и это было для Ирака, когда он попросил 120 командиров. Итак, он остался со мной, и мы начали связываться с нашими братьями (Хезболла), одним за другим. Мы смогли собрать почти 60 командиров, в том числе братьев, которые были на передовой в Сирии, и кого мы отправили в аэропорт Дамаска (ожидать Сулеймани), и других, кто был в Ливане, мы их разбудили и вытащили из домов, поскольку Хаджи сказал, что хочет забрать их с собой самолётом, который отправиться в Дамаск после утренней молитвы. И действительно, после совместной молитвы на рассвете они отправились с ним в Дамаск, Хаджи Касем отправился из Дамаска в Багдад с 50-60 ливанскими командирами Хезболла, с которыми он далее пошёл на передовую в Ираке. Он сказал, что бойцы ему не нужны, поскольку, слава Богу, в Ираке было много добровольцев. Но ему нужны были командиры (с боевым опытом), чтобы возглавить этих бойцов, тренировать их, дать опыт и знания и так далее. И он не уехал, пока не взял с меня обещание, что за два-три дня я отправлю ему ещё 60 командиров».

И снова Восток

Бывший командир у Сулеймани, с которым я встретился в Иране в 2018-м, пообещал мне и моему коллеге Себастьяну Капуто, что попытается договориться об интервью с генерал-майором — который никогда не общался с иностранными СМИ. У нас не было причин сомневаться в нашем посреднике — так что  до последней минуты в Багдаде мы были в том отборочном списке.

Пепе Эскобар

Что до Абу Махди аль-Мухандиса, убитого вместе с Сулеймани в Багдаде при ударе беспилотника, я состоял в той небольшой группе, которая провела с ним день в безопасном доме — не снаружи — в Зелёной Зоне Багдада с ноябре 2017 года. Моя полная статья здесь.

Профессор Мохамад Маранди из Университета Тегерана относительно убийства сказал мне, «самое важное то, что западная точка зрения о ситуации очень ориенталистская (востоковедческая) они полагают, что у Ирана нет реальных структур, и что всё зависит от отдельных лиц.  На Западе убийство не уничтожает администрацию, компанию или организацию; Аятолла Хомейни умер, и они решили, что с революцией покончено. Но конституционный процесс дал нового руководителя через несколько часов. Остальное — история».

Может потребоваться долгое время, чтобы объяснить геополитику Сулеймани. Возможно, он был сверхзвездой революции — многие на Глобальном Юге считают его Че Геварой Юго-Западной Азии — но он был в первую очередь нужным винтиком точно настроенной машины.

Помощник президента Иранского парламента, Хусейн Амирабдоллахян, сказал иранской сети Шабейк Хабар, что за два года до убийства Сулеймани уже предвидел неизбежную «нормализацию» между Израилем и монархиями Персидского Залива.

В то же время он был вполне в курсе позиции Арабской Лиги 2002 — разделяемой, кстати, Ираком, Сирией и Ливаном: «нормализация» на может даже начать обсуждаться без независимого — и жизнеспособного — Палестинского государства к границах 1967 года со столицей в Восточном Иерусалиме.

Теперь все знают, что та мечты мертва, если не совсем похоронена. Остается лишь обычная унылая тягомотина: американское убийство Сулеймани, израильское убийство ведущего иранского ученого Мохсена Фахризаде. Бесконечная, относительно низкой интенсивности война Израиля против Ирана при полной поддержке Кольцевой, противозаконная оккупация Вашингтоном части северо-восточной Сирии ради захвата нефти, постоянное стремление сменить режим в Дамаске, непрекращающаяся демонизация Хезболлы.

Помимо «Хелфайер»

Тегеран вполне прояснил, что возвращение к минимальной мере взаимного уважения между США и Ираном включает возвращение Вашингтона в СВПД без каких-либо предварительных условий и окончание противозаконных односторонних санкций администрации США. Эти параметры не подлежат переговорам.

Насралла, со своей стороны, в речи в Бейруте в воскресенье, подчеркнул, что

«Один из основных результатов убийства генерала Сулеймани и аль-Муханди — призыв к изгнанию сил США из региона. Такие призывы до убийства не высказывались. Мученичество руководителей сопротивления поставило войска США на путь уходи из региона».

Возможно, это принятие желаемого за действительное, поскольку комплекс военной промышленности и безопасности никогда не захочет отказаться от ключевого узла Империи Баз.

Более важно то, что обстановка после Сулеймани превосходит чаяния Сулеймани.

Ось Сопротивления — Тегеран-Багдад-Дамаск -Хезболла вместо обрушения будет усиливаться.

Внутренне, и при «максимальном давлении» санкций, Иран и Россия будут сотрудничать в производстве вакцины против ковид-19, а институт Пастера в Иране будет совместно с кубинской компанией производить вакцину.

Иран всё более укрепляется, как основной узел Новых Шёлковых Путей в Юго-западной Азии: стратегическое партнёрство Иран-Китай постоянно оживляется министрами иностранных дел Зарифом и Ван Ю, и сюда входит раскручивание Пекином геоэкономических инвестиций и Южный Парс — крупнейшее газовое месторождение на планете.

Иран, Россия и Китай будут участвовать в восстановлении Сирии — которая также входит, фактически, в ветвь Нового Шёлкового Пути: железная дорога Иран-Ирак-Сирия-Восточной Средиземноморье.

И всё внутренне связанное, это продолжающийся процесс, который никакие «Хеллфайеры» не могут сжечь.

Примечание:

* – Организация, запрещённая в РФ.

Обсудить на форуме

В этой рубрике

Гангстерство, как внешняя политика: убийства становятся новой нормой

4 ноября 1995 года, когда студент Югал Амир убил израильского премьер-министра  Ицхака Рабина, уходившего с мирного митинга в Тель-Авиве, я был в Израиле. На видео видно, как Амир околачивался ...

Подробнее...

Не будет никакого иранского «октябрьского сюрприза»

Никакое разработанное Вашингтоном «максимально давление» не способно сорвать решающий поворот этого воскресенья – конец эмбарго ООН на экспорт вооружений в соответствии с решением 2231 СБ ООН, которое...

Подробнее...

Россия пытается заморозить конфликт в Ливии

Правительство Национального согласия с премьер-министром Файезом аль-Сарраджем имеет поддержку группировки Братья Мусульмане[1]. Их главный политический и финансовый спонсор — Катар, а главный военный...

Подробнее...

Не угрожайте афганцам… это приведёт к обратным результатам

Первый заместитель помощника секретаря Бюро по делам Южной и Центральной Азии (SCA) Госдепартамента США Алиса Уэллс 4 апреля обрушилась на афганское правительство и политическую элиту страны — чем зас...

Подробнее...

Односторонний мир

Война, говорил Клаузевиц, есть «взаимодействие», а «не действие живой силы против неживой массы, а всегда столкновение двух живых сил».  Это один из тех моментов, которыми так сложно управлять. Н...

Подробнее...

Google+