Спортивная жизнь

Заметки из большой страны

У нас есть подруга, мать-одиночка, чей шестилетний сын недавно записался в хоккейную команду, – этот вид спорта тут воспринимают крайне серьёзно.

На первой общей встрече команды один из родителей заявил, что он разработал формулу определения того, сколько времени должен играть каждый ребенок. В итоге оказалось, что семеро самых сильных игроков должны играть 80% времени каждой игры, а остальные, безнадёжные дети, разделят между собой оставшиеся 20% времени – конечно, если победа не вызывает сомнений.

– Я считаю, это самое справедливое решение, – заявил он под важные кивки остальных отцов.

Не сумев понять роль тестостерона в подобных вопросах, наша подруга встала и предложила, что более справедливым подходом стало бы дать детям играть равное время.

– Но тогда они не будут выигрывать, – заявил тот отец, ошеломлённо глядя на неё.

– Да, – согласилась она. – Ну, и что?

– Но какой смысл играть, если не выигрываешь?

А ведь это были, я напомню, шестилетки. Не хватит места – в газете столько не наберётся – чтобы обсудить всё, что в спорте идёт в Америке наперекосяк, практически на всех уровнях. Так что позвольте предложить вниманию несколько показательных примеров, чтобы вы смогли представить, как именно Америка в наши дни подходит к соревновательной гонке.

Пример: В стремлении подтолкнуть спортсменов и усилить наше положение в медальных сводках (что, конечно же, самое важное дело в мире) пловцам США из официальных фондов выплачивали по 65 000 долларов за каждую медаль, которую они выиграли на прошедшей Олимпиаде. Очевидно, представлять своё государство и прилагать все усилия уже стало недостаточными стимулами.

Пример: Чтобы порадовать местных фанатов и усилить позиции в национальном рейтинге футбольные команды крупнейших колледжей ныне регулярно назначают матчи против гарантировано более слабых противников. Особенное чувство гордости вызвал один момент прошлого сезона, когда Университет Флориды, занимающий второе место в национальном рейтинге, обрушил несказанную мощь на маленький Университет Центрального Мичигана и выиграл со счётом 82:6.

Пример: Чтобы увидеть по ТВ шестьдесят минут футбольного матча за Суперкубок этого года пришлось просмотреть 113 коммерческих объявлений, отрывков из программ и рекламы. (Я посчитал).

Пример: Средняя стоимость похода на матчи высшей бейсбольной лиги для семьи из четырех человек ныне превысила 200 долларов.
Я упоминаю обо всем этом не для того, чтобы указать на коммерческие крайности и то упёртое увлечение спортом, которое отнимает само удовольствие от спорта, а просто чтобы объяснить, почему я так люблю баскетбольные игры в колледже Дартмута.

Дартмут – местный университет, он состоит в Лиге Плюща – конфедерации восьми уважаемых и умных университетов: Гарварда, Йеля, Принстона, Брауна, Коламбии, Пенна, Корнелла и Дартмута. Ребята идут в школы Лиги Плюща потому, что собираются стать специалистами и профессорами в ракетной области, и вовсе не собираются получать по 12 миллионов долларов в год, став профессиональными игроками в баскетбол. Они играют ради любви к игре, товарищества, возбуждения от собственного участия – ради всего то, что страна по большей части утеряла.

Я впервые отправился на игру три года назад, когда увидел расписание игр в витрине магазина и заметил, что в тот самый вечер было открытие сезона. До этого я двадцать лет не бывал на баскетболе.

– Эй, сегодня вечером играет Дартмут, – радостно возвестил я, входя в дом. – Кто со мной?

Пять лиц обратились ко мне с выражением, которого я не видел с тех пор, как предложил на каникулы отправиться на свой страх и риск в Словению.

– Ладно, я пойду один, – фыркнул я, правда, в конце концов младшая дочка, тогда ей было одиннадцать лет, сжалилась и составила мне компанию.
Что ж, мы отлично провели время. Дартмут с трудом выиграл, и мы с дочкой шли домой, делясь впечатлениями. Через несколько вечеров Дартмут снова выиграл, забросив мяч под сирену, и мы снова перебивали друг друга по пути домой.

Теперь все хотят пойти с нами. Но тут есть тонкость. Мы их не возьмём. Это только наше.

С тех пор, через три сезона, походы на игры Дартмута стали для нас ритуалом. Всё вокруг замечательно.Арена, где играют команды – недалеко от нашего дома, легко дойти пешком. Билеты дешёвые, народу немного, все дружелюбны и спокойны. Любимая группа непрерывно играет весёлые мелодии, вроде той, что в фильме Гавайи 5-0, заставляя нас подпрыгивать. После мы выходим в зимнюю ночь и, болтая, идём домой. Из этих прогулок я узнал, кто есть кто в Спайс Гёрлс, что Крик -2 был крутым, а Мэтью Перри такой чудный, что просто не верится. Если было ясно, что никто из живущих поблизости нас не увидит, она брала меня за руку. Просто замечательно.

Но вся суть в самой игре. Два часа мы кричим и мечемся, и рвём на себе волосы, совершенно захваченные надеждой, что наши ребята закинут мяч в кольцо большее число раз, чем их противники. Если Дартмут выигрывает, мы в воодушевлении. Если нет – ну, что ж, это же игра. Таким и должен быть спорт.

В прошлом году за Дартмут играл двухметровый гигант по имени Крис, у него были все задатки великого игрока за единственным исключением – таланта играть в баскетбол. Соответственно, он почти всё время проводил на скамейке запасных. Крайне редко его ставили на последние пятнадцать-двадцать секунд игры. И неизменно в подобных случаях кто-нибудь передавал ему мяч, а кто-то более низкого роста подбегал и отбирал. Он с сожалением вешал голову, затем вприпрыжку, как жираф, бежал на другой край площадки. Он стал нашим любимцем.

По традиции последняя игра сезона проходила в родительский вечер, когда со всей страны приезжали родители посмотреть, как играют их сыновья. И по традиции последнюю игру сезона начинали выпускники.

Эта игра не имела никакого значения, но такая новость, казалось, не достигла ушей нашего долговязого героя. Он вышел на площадку с явным внутренним напряжением. Это был его первый и последний шанс, и он не собирался его упустить.

Рефери дал свисток и игра началась. Наш Крис пробежал по площадке раз пять-шесть, а затем к нашему и его смятению, его посадили на скамейку. Он играл не более пары минут. Он не сделал ни одной ошибки – у него просто было такой возможности. Он занял своё привычное место, кинул в сторону родителей извиняющийся взгляд и всю остальную игру смотрел сквозь застилавшие глаза слёзы. Кто-то забыл сказать тренеру, что победа – ещё не всё.

На этой неделе Дартмут последний раз в сезоне играет дома. Думаю, в этом году будет пара игроков, которым позволят игриво побегать по площадке пару минут и затем их заменят более умелые.

Мы с дочкой решили эту игру пропустить. Когда так трудно найти совершенство, обидно видеть, как его портят.

Обсудить на форуме

В этой рубрике

С чувством юмора дело плохо

Всю неделю это вертится у меня на кончике языка: не шутите в Америке. Даже проверенная шутка – я полагаю, что могу тут говорить, как некий авторитет – может оказаться опасной. К этому выводу я пришёл...

Подробнее...

Для вашего удобства

Наша тема на этой неделе – такая черта современной жизни, которая меня достала до печёнок, а именно то, как корпорации облегчают себе жизнь и делают вид, что это исключительно ради вашей пользы. Как п...

Подробнее...

Своя версия правды

Одно из обстоятельств, к которым в Америке постепенно привыкаешь, – размах, с которым крупные корпорации и другой крупный бизнес лжёт. На самом деле, я только что сам соврал – к этому невозможно привы...

Подробнее...

Уже хватит, или перебор с выбором

Я, наконец, понял, что тут не так. Тут слишком много всего. Я имею в виду – тут слишком много каждой вещи, которую кто-то мог бы пожелать или в ней нуждаться, ну, кроме времени, денег, хороших сантехн...

Подробнее...

Глупые новости

Я хотел бы сказать несколько слов о глупости в Америке. Пока я не написал ни слова дальше, позвольте мне решительно заявить, что американцы в основе своей ничуть не более глуповаты, чем другие народы...

Подробнее...

Google+