Во все тяжкие, или разрушение американской исключительности

Во все тяжкие

Никогда не стоит недооценивать американскую мягкую силу.

Что если правительство США на самом деле на горе всем закроет сериал «Во все тяжкие» (Breaking Bad), без сомнения самое потрясающее шоу в истории телевидения? Это было бы ни чем иным, как поэтической справедливостью – ведь «Во все тяжкие» бесконечно более подходит американскому психотипу, чем предсказуемые удары по больному месту на Капитолийском Холме.

Уолтер Уайт, ака Хайзенберг, мог бы стать всеобъемлющим, легендарным героем эры Google/YouTube/Facebook. Нить трагедии «Во все тяжкие», разворачивающаяся пять сезонов, фактически описывает, что значит для человека принять самого себя истинного, причём в процессе этого он приходит к тому, что платит непомерную цену, теряя всё самое дорогое и всё то, что считалось его главным богатством – любовь жены и сына.

Наряду с этим «Во все тяжкие» был и энтомологическим исследованием американского турбо-капитализма – с 1% имущих, показанных обманщиками или гангстерами, едва выживающими почти богатыми или небогатыми и учителями государственных школ, деградировавшими до статуса граждан второго сорта.

В начале сюжета «Во все тяжкие» в 2008 году Уолтер Уайт умирал от рака. Постепенно он освобождался от мистера Рида – спокойного учителя химии – в пользу доктора Джекилла – неоспоримого метамфетаминового «центрового» Хайзенберга. Это не договор Фауста. Это погружение в тёмную часть собственной души. А в конце он даже «выигрывает», по его собственным словам, сгорая с блаженной улыбкой на устах.

Его секрет в том, что никогда речь не шла только о греховном кайфе от производства чистейшего метамфетамина. Это был предельный поступок аутсайдера, как в романах Достоевского или Камю: человек противостоит собственному страху, переходит барьер, берёт в свои руки контроль над собственной жизнью, и наконец, сталкивается с последствиями, когда возврата уже нет.

А затем, как и во всём в сериале «Во все тяжкие», музыка раскрывает нам ключевую часть истории. В данном случае, это ни больше, ни меньше, чем My Baby Blue группы Badfinger, самая безрадостная песня о любви:

Кажется, я получил, что заслуживаю

Заставив тебя ждать, и слишком долго, любовь моя

Все это время, ни слова не говоря,

Не знал, что ты считаешь – мне стоит забыть иль сожалеть

Об особой любви к тебе

My baby blue

Итак, Уолтер Уайт в итоге признаёт, весьма вовремя, в последнем эпизоде – он делал всё это – звучит My Way Синатры–не ради семьи, а лишь для себя. И вот тут чистейший метамфетамин становится отражением чистейшего откровения в этом чистейшем из ТВ-шоу, благословенного достойным написанием (можно почти осязаемо чувствовать возбуждение в комнате авторов), направленностью, безукоризненным подбором актеров, выдающимся кинематографическим цитированием всего – от аль Капоне до Таксиста и Крёстного Отца, педантичным развитием характера и ошарашивающими поворотами сюжета.

Но опять же, та призрачная песня My Baby Blue – не только об метамфетамине, также, как и у Tommy James and the Shondell в Crystal Blue Persuasion, использованной в замечательном монтаже в четвёртом сезоне.

Это ассоциация с Джесси Пинкманом, постоянно используемом и оскорбляемом молодом бизнес-партнёре Уолтера Уайта. Это словно написано Уолтом как посвящение Джессу: Джесс – «baby», всегда вызывающий «особую любовь» Уолта в форме обычно впечатляюще неудачных отцовских чувств.

Я – в Имперском бизнесе

Уолт/Хайзенберг – учёный. Его научный гений был в прошлом присвоен непорядочным партнёрами, обогатившимися в хай-тэк компании. Как Хайзенберг, в итоге научный/технический гений доходит до полной реализации – от бомбы-инвалидной коляски до налёта с использованием магнитов и даже ремикса Великого Ограбления Поезда в 1963 году в Британии, не говоря уж и превосходно приготовленном метамфетамине.

Вот здесь один из авторов растолковывает «кухню» сериала «Во все тяжкие». Правда не объясняет, почему Уолтер Уайт так задел за живое и стал легендарным глобальным феноменом от Альбукерке до Абу-Даби.

Такая вот исключительностьКлассический сюжет с неудачником составляет лишь сюжета. В неспешном тлении пяти сезонов кристаллизовалось вот что: Уолтер Уайт стал Рядовым обывателем, борющимся с Правящими кругами – в которые входят все, от сумасшедших преступников (мексиканский наркокартель, безмозглые нео-фашисты) до хищников-юристов («Лучше позвоните Солу»), обманывающих бывших партнёров, и – последнее, но отнюдь не по значимости – правительство США (его Агентство по Контролю за Наркотиками).

Нигилизм – в вариации суб-Ницше – также объясняет лишь часть истории. Можно почувствовать радость от того, что авторы томагавкнули иудейско-христианскую концепцию вины. Но это не имеет отношения к миру без морального кода.

Одного взгляда на «Золотую ветвь» (The Golden Bough) Джеймса Фрейзера достаточно, чтобы осознать, как Уолтер Уайт, мысленно вспомнил о племенном обществе, основанном на семейственности. Так что же, он фактически отрицает Просвещение?

Мы оказываемся ближе, когда рассматриваем «Во все тяжкие» как размышление о мифе об Американской Мечте – и Американской Исключительности, как её экстраполяции. Как признается Уолтер Уайт Джесс, он глубоко завяз в "Имперском Бизнесе". В реальной жизни Уолтер Уайт мог бы стать вдохновителем Паноптикум-Оруэлловского комплекса.

Итак, со звучащим в голове трезвоном My Baby Blue, я всё-таки нашёл ответ в книге, которую всегда беру с собой в дорогу в Америке: Д.Х.Лоуренс «Исследование Классической Американской Литературы». Неслучайно Лоуренс очень любил Нью-Мексико – место, где разыгрывается геополитика сериала «Во все тяжкие». И Уолтер Уайт там, где Лоуренс препарировал «Кожаный Чулок» Фенимора Купера, несомненно к месту. (Вот цифровая версия эссе).

Уолтер Уайт, повторюсь, олицетворяет «миф о изначально белой Америке. Всё остальное – любовь, демократия, барахтанье в страсти – своего рода побочный ряд. Суть американской души – твёрдый, одиночка-стоик и убийца. Это никогда не исчезнет».

Когда Уолтер Уайт превращается в Хайзенберга, он трансформируется и в Натти Бумпо по прозвищу «Кожаный Чулок»:

Человек, отвернувший от белого общества. Человек, жёстко придерживающийся своей моральной чистоты и целостности. Изгой, почти бескорыстный, стойкий и терпеливый, человек, который живет смертью, убийствами, – но он белый без всяких примесей.

Это очень существенно – для большинства американцев. Он сам – основа всего и вся. И когда этот человек порывает со своей постоянной изоляцией и делает шаг, а затем оглядывается – что-то произойдёт.

Гений авторов «Во все тяжкие» – с создателем Винсом Гиллиганом во главе – в том, как показано погружение Уолтера Уайта в гигантский водоворот первозданного, по сути «наиболее американского». И не удивительно, что Гиллиган определил сериал «Во все тяжкие» главным образом как «вестерн». Клинт Иствуд любил повторять, что вестерн и джаз – единственно истинные американские формы искусства. (ну, он забыл «чёрное кино и блюзы, рок-н-ролл, соул и фанк, но мы поняли).

Итак, назовём этот искривлённый вестерн мастерским изображением американской исключительности. И отражает он мягкое очарование умирающей одинокой сверхдержавы, всё ещё способной превратить всю планету в наркоманов, погружённых в кинематографически роскошное зрелище собственной кончины.

Комментарии:

Adriana Freire Lubambo · Universidade Federal do Paranб

Пепе бессознательно подтверждает свою любовь к Америке.

Zack Jalamani · Top Commenter · Санта-Клара (Калифорния)

Вы поняли, Адриана. И он прячет её и стыдиться. Да это нормально – любить Великого Сатану.

tedly10027 (signed in using yahoo)

Я даже не знаю это шоу… но полагаю, нет нужды смотреть его, чтобы «засвидетельствовать» похороны империи США (с воплями и криками у могилы и по привычке нанося в результате ущерб)… в мире стоит существовать лишь для того, чтобы отметить её «уход»… хотя более вероятно… с учётом сознательной слепоты американского населения в целом, как части мифологии «исключительности», может быть два пути «засвидетельствовать»:

с точки зрения «аутсайдеров» смотреть АТ (американское телевидение) – основу американской империи (США), как оно гниёт… и с точки зрения большинства (американцев и жителей там) кто живет ВНУТРИ основы, когда она гниёт…

можно сказать, что они живут «на родине», как участники всего – вольные или невольные, зная или не зная это – на сцене…

а те, кто живёт «снаружи» (остальной мир) похожи на зрителей… смотрящих спектакль об «исключительной нации», неспособные отвести взгляд от гниющей сердцевины и всё ещё поющих ей хвалу…

Philip Branton · Top Commenter · Чарлстон

Уважаемые читатели и коллеги в SPAWAR Atlantic, Pacific, Headqtrs and all Contractors,
Пепе устроил большой обман, представив такое «наблюдение». Сядьте и подумайте немного,… если потребуется, то чуть подольше. Что Пепе не сумел сказать в этой статье? На каждое действие есть равное и противоположно направленное противодействие… верно?

Перечитайте статью и подумайте о ней, как о "Breaking Good". Как бы вы использовали этот отрывок для вдохновения информационного «обратного отсчёта»? как использовать эту статью, может отправить группе иранских студентов в качестве послания…?
Как бы использовать Пепе в качестве ТАЛИСМАНА…?

Lewis Orffe (signed in using Hotmail)

Вы и в самом деле пустились во все тяжкие тут, Пепе…

Zack Jalamani · Top Commenter · Санта-Клара (Калифорния)

Я отказываюсь присоединяться к похоронам. Я не смотрел ни единого эпизода.

pete.walk (signed in using yahoo)

вероятно, это величайший ТВ сериал. У него рейтинг 5/5 или 10/10 на каждом сайте обзоров. Вдумайтесь.

Обсудить на форуме

В этой рубрике

Тыкать палкой в медведя

Каким это оригиналам втемяшилось в голову, что мысль умышленно провоцировать вооружённую ядерным оружием державу, весьма хороша? Ответ: тем, кто пишет для Центра анализа европейской политики  (CE...

Подробнее...

Расцвет и закат Соединённой Великобарании

Давным-давно была на белом свете удивительная страна. Она называлась «Союз Белых овец и Белых волков», но все называли её Соединённой Великобаранией, для краткости. Белые овцы, составлявшие большин...

Подробнее...

Прощальный взгляд на Запад, каким он когда-то был

Тогда: Спутник-1 был запущен в октябре 1957 года. Я точно помню, где я был, когда по радио прозвучала эта новость. Мы с другом ехали на футбольный матч между командами старшеклассников, нас вёз его о...

Подробнее...

Революция в доме, который построила миссис Джек Лондон

От редакции: По нашему мнению, публикуемый ниже материал говорит не столько о творчестве и жизни всеми нами любимого писателя, а также о сохранении памяти о нём, сколько о сегодняшних реалиях и трансф...

Подробнее...

Россия, как враг

Я уже не раз упоминал, что западное восприятие российской «угрозы» исторически имеет малое отношение к реальному масштабу (или вообще к существованию) этой угрозы. Наоборот, это продукт внутренних пол...

Подробнее...

Google+