«Федералы идут!»

«Федералы идут!»

В школе американцам рассказывают историю о Поле Ревире. Говорят, что он промчался на лошади от своего дома в северной части Бостона до Лексингтона и Конкорда, предупреждая, что федеральные войска* высадились в Бостонской гавани и вскоре дойдут до этих городов.

Конечно, для книг по истории рассказ несколько приукрашен. Во-первых, маловероятно, что он кричал «Британцы идут», поскольку в то время, в 1775 году, они сам был британцем — британским колонистом — и считал себя британцем, как горожанин.

Также маловероятно, что он галопом проскакал через городки с криком «К оружию! К оружию!», поскольку основная часть британских колонистов, особенно те, кто постарше и кому есть что терять, были лояльны властям, а взяться за оружие было бы предательством (в то время предательство было одним из двух тягчайших преступлений).

Итак, что он кричал во время скачки… и кричал ли хоть что-то на самом деле? Скорее всего, он просто подходил к задней двери отдельных сочувствующих и просил их передать известие, что федеральные войска вышли в путь. Но, конечно, это сделало бы рассказ существенно менее красочным.

Вероятно, всё же, что скачка на самом деле имела место, и что он преуспел в том, чтобы встряхнуть горожан. Среди них были солдаты народной милиции, которые позже неплохо проредили федеральные войска.

В то время на подобное дело армии смотрели, как на трусость. Считалось почётным, когда колонны войск шли маршем друг на друга и стреляли. Те, у кого было больше войск, которыми можно было пожертвовать, обычно побеждали. Колонисты не могли бы восторжествовать, если бы следовали этому методу ведения боя.

Но случай с колонистами был достоин похвалы, даже если численно федералы их превосходили и были лучше подготовлены и вооружены. В сложившихся условиях они преуспели, поскольку спрятали свою гордость, использовали мозги и, ведя войну в партизанском стиле, нанесли поражение более сильному противнику.

При создании США отцы-основатели одобрили концепцию республики — конгломерата штатов, в которых права отдельных людей были равноценны. Они очень подозрительно относились к скатывания в демократию. Как говорил Томас Джефферсон,

«Демократия — не что иное, как правление толпы, где 51% людей могут отобрать права остальных 49%».

Именно так. И тем не менее, начиная с самого первого президентского кабинета Секретарь Казначейства Александр Гамильтон подталкивал к тому, чтобы отойти от республики в пользу боле сильного федерального правительства (в 1789 году он сформировал федералистскую партию и началось противоборство).

С тех пор США ушли от республиканского уклада и стали скорее федералистским государством.  Этот процесс продолжался достаточно неспешно до 1913 года, когда произошли два существенных изменения. Банковские круги в США стали достаточно сильны, чтобы протолкнуть два законопроекта, послуживших тому, чтобы обогатить их на многие поколения. Источником этого процветания стали американские налогоплательщики.

Во-первых, был введён подоходный налог (это пытались сделать и ранее. Но никак не могли получить полное одобрение). Во-вторых, в качестве соли на рану, был создан Федеральный Резерв. Он не был ни федеральной организацией, ни резервом. Однако помимо права создавать всю валюту для США, он обладал властью ещё и устанавливать процентные ставки.

С помощью такого контроля стало возможным создавать постоянную ежегодную инфляцию (определяемую, как рост находящейся в обращении валюты). Это создавало эффект сокращения покупательной способности доллара медленными темпами, позволяя эффективно грабить население через инфляцию.

Если бы Поль Ревир жил в 1913 году, он, вполне возможно, решил бы вскочить на лошадь с целью предупредить, что Федералы наступают. Только на этот раз это были бы не Федеральные войска, а Федеральный Резерв.

Власть ФРС дала возможность создавать огромное количество денег из воздуха, позволяя банкам выдавали кредиты. При таких лёгких деньгах инвесторы могли много заимствовать и покупать на фондовом рынке на ранее считавшемся невозможном уровне. Этот рог изобилия был настолько доступен, что к 1929 году уровень долга стал неприемлемым. При попытке даже небольшого повышения процентной ставки случился бы обвал фондового рынка, поскольку должники, погрязшие в долгах по уши, утонули бы за одну ночь.

Что тут интересно, так это то, что организация, захватившая власть над экономикой в 1913 году — ФРС — сама вводила искусственно заниженные процентные ставки, увеличивала денежную массу, надувая пузырь, а затем, подняв в 1929 году процентную ставку, создала шип, способный этот пузырь проткнуть.

Не очень-то спортивно.

Сегодня по сравнению с 1913 годом ценность доллара по покупательной способности снизилась более чем на 97%, и он должен быть замещён. Если владельцы ФРС намерены и дальше регулярно скальпировать простонародье, то лучшим подходом было бы устроить второе крупной накопление долга, запустить обвал, а затем ввести новую валюту, чтобы «спасти экономику».

Вот это-то они скорее всего и сделают. Долг уже создан. Обвал можно запустить многими способами, в том числе и опробованным методом поднятия процентных ставок.

А после предсказуемого обвала общество практически наверняка возопит к власть имущим «сделайте хоть что-то». Уже некоторое время ясно видны признаки того, что это «что-то» будет цифровой валютой — валютой, которая сделает обязательным прохождение фактически всех экономических транзакций через руки банков. Транзакции от человека человеку по сути прекратятся, за исключением возможности бартера, который вероятно расцветёт, как только публика осознает, что её одурачили.

К сожалению, нашего друга Поля Ревира на горизонте не просматривается, а вот Федералы и в самом деле наступают, и американскому народу в не столь уж отдалённом будущем будет необходимо научиться выживать при стремительных атаках системы цифровой валюты, заместившей пули конца восемнадцатого столетия.

Повторю, американцам надо будет понять, как это сделали их предки в конце восемнадцатого века, что единственная их надежда противостоять намного более сильному противнику состоит в использовании ума — воспользоваться подходом солдат народной милиции и вести экономический эквивалент партизанских боевых действий.

Примечание:

* — речь о британских войсках.

Обсудить на форуме

В этой рубрике

Эти страны быстро и без шума избавляются от доллара

Прошедшие несколько месяцев довольно заметен постоянный рост числа стран, избавляющихся от значительных порций своих долларовых вложений. Это у многих вызывает тревогу — испытает ли вскоре экономика С...

Подробнее...

Всемирный долговой дефолт — вполне реальная возможность

Долг это хорошо или плохо? Ответ — «Да». Долг — это будущие расходы, сдвинутые по времени. Он позволяет вам купить сейчас то, на что у вас нет денег. ...

Подробнее...

Организованная жадность против дезорганизованной демократии

Дядя Володя говорит: «За банкетным столом природы нет зарезервированных мест. Вы берёте, что можете, и держите то, что можете удержать». «В обществе, управляемом пассивно свободными рынками и свобо...

Подробнее...

Почему Франция так встревожена противостоянием Италии с Брюсселем?

Франция только что послужила мощным напоминанием неудобной правды:  €277 миллиарда государственного долга Италии — эквивалент 14% французского ВВП — это задолженность французским банкам. ...

Подробнее...

Хаос обрушения валют охватывает Глобальный Юг

Вероятно, нефтяной экспорт Ирана сократится до всего 2 миллионов баррелей в день вслед за снижением курса риала. Иранский риал — обрушение. Турецкая лира — обрушение. Аргентинский песо — обрушение. Б...

Подробнее...

Google+