Пуэрто-Рико: Хунта под другим именем

Пуэрто-Рико: Хунта под другим именем

Ассоциированное с США государство Пуэрто-Рико объявило, что не сможет 2 мая выплатить 370 млн. долларов по задолженности, сообщил губернатор острова Алехандро Гарсия Падилья.

Из сообщений СМИ.

Империя снова в моде. Финансовый кризис, который сейчас пожирает остров Пуэрто-Рико, разыгрывается как наихудший в мире сценарий самоубийства с неуклюжей помощью со стороны. Продажа муниципальных фондов и конституционно гарантированное обещание возвращения средств инвесторам втянули остров в ситуацию, весьма опасную для его граждан и небывало благоприятную для стервятников из хедж-фондов. Хотя и похвально, что нынешний экономический крах на острове попал в некоторые заголовки, в том числе и в основном правдивый сюжет передачи комика Джона Оливера, нельзя сказать того же о предсказуемой законодательной реакции на это в Конгрессе. Законопроект, H.R. 4900 был разработан для введения надзорного комитета для управления финансовыми обязательствами народа Поэрто-Рико и вызвал бурю протеста, о чём не было упомянуто в других отношениях точных наблюдениях Оливера. Споры вокруг этого законопроекта послужили катализатором, подчеркнувшим глубокое недовольство, граничащее с презрением, в основе которых лежит вопрос о самоопределении и полном отсутствии суверенитета у жителей острова.

Попытка принятия этого законопроекта была ответом Конгресса на надвигающийся дефолт Пуэрто-Рико по погашению кредитов, а сегодняшняя неплатёжеспособность острова привлекла очень мало внимания в США, которые, в общем и целом, не обращают внимания на то, что Пуэрто-Рико не только часть Соединённых Штатов, но что его обитатели в самом деле являются американскими гражданами.

Хедж-фонды, представляющие собой не более чем капиталистов-стервятников, протрезвели наконец после десятилетиями длившейся лихорадки по скупке облигаций, которая позволила правящему классу Пуэрто-Рико расправиться с экономикой, и без того уже находящейся в сложном положении, в обозримом будущем. Они ждут своего выхода на сцену, готовые устроить кровавую тризну на останках финансового скелета острова. Видимая неизбежность объявления дефолта по платежу 1 мая и невозможность законного объявления банкротства из-за колониального статуса острова это истинный дар божий для спекулянтов и капиталистов, наживающихся на катастрофах.

В этой атмосфере неопределённости и обещаний прибылей для капиталистов-мародёров не кажется ли вполне уместным, что законопроект получил известность под названием «PROMESA», что по-испански значит «обещание»? Не удивительно, что в поддержку H. R. 4900 раздаются хвалебные отзывы из форпоста неолиберализма, Висконсина, от сенатора Шона П. Даффи. Этот законопроект обладает всей тонкостью, которую можно ожидать от хирурга, делающего операцию на мозге с искусством мясника. Любая неолиберальная атака на рабочий класс это обещание капитализма и, конечно, ожидаемо, однако неприкрытая агрессия против ограниченного самоопределения Пуэрто-Рико и настойчивое стремление к разграблению острова ради инвесторов и спекулянтов представляет собой откровенное усиление американского колониализма, невиданное с ранних лет её зарубежной имперской экспансии на рубеже двадцатого века.

Описание H.R. 4900 гласит, что его целью является «образовать Надзорный комитет для помощи правительству Пуэрто-Рико, включая содействие в управлении его государственными финансами, а также для других целей». Этот законопроект обосновывается необходимостью регулировать не только финансы погрязшего в долгах острова, но и его экономической политики. Указанные аргументы и знаменательные умолчания, обнаруживающиеся в формулировках законопроекта, являются ключевыми, как и во всех законодательных актах, в понимании не только заявленных в нём целей, но и в конечных идеологических и экономических намерений. В случае H.R. 4900 истинная цель надзорного комитета – полностью обойти все виды автономных политических институтов Пуэрто-Рико и подвергнуть остров самому драматическому историческому развороту в его связях с федеральным правительством со времён предоставлению ему статуса Содружества в 1952 году. Эта экономическая хунта в свою очередь сведёт положение чуть более 3 миллионов жителей к состоянию бессловесного источника дешёвой закабалённой рабочей силы.

Изучение языка этого законопроекта раскрывает, насколько разъедающим этот предлагаемый законопроект окажется для всех форм демократических процессов, которыми население могло бы воспользоваться для сопротивления или отмены правления, которое экономическая хунта, без сомнения, введёт имперским декретом. Например, раздел 104 о полномочиях Надзорного комитета гласит, что он «может, в целях проведения настоящего закона, проводить слушания, назначать время и место заседаний, принимать показания и получать свидетельства, как Надзорный комитет считает целесообразным. Надзорный комитет может приводить к присяге выступающих перед ним свидетелей и утверждать их показания».

Среди предлагаемых мер, которые можно найти в этом законопроекте, – подчинение избираемых чиновников капризам Совета, который может оказывать на них давление, чтобы они утверждали конкретные законопроекты. В первоначальном проекте закона предлагалось законодательно запретить профсоюзы, серьёзно урезать право на протесты и забастовки, а также сократить минимальную заработную плату на острове, если не прямо полностью исключить его из области действия федеральных законов о минимальной оплате труда. И ещё большая угроза демократическому самоуправлении – это пункт об освобождении от ответственности , в котором говорится: «Надзорный комитет, его члены и его сотрудники не могут нести ответственности по любым обязательствам или претензиям против Надзорного совета или его членов либо сотрудников или территориальных властей, в результате действий по проведению настоящего закона». Хунта заменяет существующее законодательство и создаёт себе положение исключительности, действуя вне судебной или электоральной подотчётности.

Пуэрто-Рико давно страдает от экономических проблем. Во время 400-летней испанской оккупации острова Пуэрто-Рико рассматривался не иначе как производитель товарных культур, от сахара до табака, выращиваемых и собираемых с помощью труда рабов и экспроприации земель у мелких фермеров. Переход в американскую экономику, после того как США вторглись на остров и вырвали его из рук испанцев, сопровождался консолидацией плантаторов-сахарозаводчиков и экспроприацией земель у мелких фермеров, положение которых свелось к состоянию почти бесправных и закабалённых поставщиков. Прибыли от сахарной промышленности утекали за рубеж, и очень немногое вкладывалось снова в экономику острова. Переход к индустриализированной экономике начался с Операции «Бутстрэп» в 1948 году и привёл к массовой урбанизации острова. Эта вторая фаза капиталистической экспансии привела к разнообразным формам вывода капиталов, олицетворением чего стали крупные универсальные магазины и несколько бессистемный процесс быстрой индустриализации, а не уход со сцены сахарных магнатов. Между тем экономические возможности острова были резко ограничены Законом о торгом флоте 1920 года (Закон Джонса), который жёстко ограничивал, как и кем Пуэрто-Рико может торговать. Пуэрто-Рико может заключать любого рода экономические сделки только с согласия Конгресса.

Пуэрто-Рико колебался между конкурирующими и конфликтующими моделями экономического развития, которые пытались создать почти шизофренический баланс между развитием тяжёлой промышленности, фармацевтическими компаниями (после 1970-х годов) и туризмом, при одновременных попытках управлять ограниченным, подчинённым государством. Этот правительственный гигантизм был ограниченной популистской мерой, которая служила только раздуванию государственной бюрократии десятилетиями, и сделало большую часть населения зависимой от занятости в государственном секторе. Единственный срок губернатора Луиса Фортуньо (2009-2013) из про-государственнической Новой прогрессивной партии стал временем первого агрессивного неолиберального законодательного наступления, сократившего рабочие места в государственном секторе и государственные расходы, без предоставления переобучения и стимулирования создания равноценного числа рабочих мест в частном секторе. Эта волна увольнений, известная в народе как «каждого седьмого», после того как закон был принят сенатом Пуэрто-Рико и подписан губернатором Фортуньо в первый месяц его пребывания на посту, ознаменовал мощный удар по экономической стабильности населения и начал новую волну всё возрастающей эмиграции с острова.

После окончания срока Фортуньо следующий губернатор, кандидат от оппозиции Алехандро Гарсиа Падилья из Народно-демократической партии, выступающей за статус-кво, продолжил неолиберальную политику. В этом смысле, точно так же, как Демократическая и Республиканская партии в Соединённых Штатах, интересы неолиберальных капиталистов и удовлетворение аппетитов Уолл-Стрит, по-видимому, занимали центральное место при управлении. Этот сомнительный подход к экономическому росту привёл к неустойчивости экономики, которую только усилил резкий экономический спад 1990-х годов; уничтожение федеральных субсидий промышленности привело к потере тысяч рабочих мест; сказалась и глобальная рецессия, и бездеятельному колониальному политическому классу была поставлена задача.

Хотя законопроект H.R. 4900 не был принят, не может быть сомнений, что он представляет собой первую попытку, при неспособности Пуэрто-Рико обеспечить благоприятный выход из состояния неплатёжеспособности или объявить банкротство, что, более чем вероятно, нанесло удар по преобладающему нарративу о двусторонних политических отношениях сегодняшнего статус-кво. «Содружество» оказалось не более чем имперской сатрапией под видом демократически избираемого правительства, осёдланного с помощью жёстко ограниченной политической и экономической автономии, а также роста среднего класса, который сейчас почти исчез из-за экономического спада или бегства на материк, и эти цифры устрашающи. По оценкам недавнего анализа Pew Research Center на основе данных Бюро переписи населения США, сегодня население острова составляет 3.2 млн. человек, по прогнозам, оно снизится до 2.98 млн. к 2050 году. Сегодняшний экономический кризис имеет задатки создать политический кризис в правящей элите, что явится отражением кризиса экономического. Эта предлагаемая экономическая хунта, недемократично выбранная и с дарованными ей полномочиями, невиданными на острове с ранних дней американского колониализма, предназначена для обогащения капиталистов-падальщиков путём погружения рабочего класса Пуэрто-Рико, уже обложенного высокими налогами и страдающего от застойной экономики, в ещё более глубокое наёмное рабство.

Вне всякого сомнения, Пуэрто-Рико нуждается в помощи, и прямо сейчас. Но H.R. 4900 это не решение. Пуэрто-Рико превращается в неолиберальную лабораторию, предназначенную для тестирования одного из многих пунктов атаки, которые всё больше и больше будут усиливаться со стороны позднего неолиберального капитализма. Сама идея снижения минимальной заработной платы на и так уже обездоленном и страдающем от безработицы острове не только смехотворна, но и откровенно преступна. Навязывание одобренной конгрессом хунты, политически неподотчётной, для надзора за политическим процессом и сокрушения прав трудящихся, является открытым свидетельством того, что Соединённые Штаты не намерены больше соблюдать фикцию двусторонних отношений. Может ли быть это согласованное нападение на средства к существованию и самоуправление американских граждан чем-либо иным, кроме как опасной новой цепью капитализма, навязываемой средствами откровенной классовой войны?

Местная реакция на эту неолиберальную повестку, к сожалению, ужасно разобщена. Ожидаемые и бессильные обличительные речи от партий, как выступающей за сохранение статус-кво, так и выступающей за вхождение в США, пострадали от жестокого удара и беспощадности, совершенного пренебрежения со стороны Конгресса к человеческому элементу. Люди для капитализма не важны в более крупной схеме вещей, и только возврат денег имеет какое-то значение.

Финансовый кризис послужил также для того, чтобы подчеркнуть полный провал пуэрториканских левых. То, что было когда-то центром сопротивления американскому империализму, постоянно оживляемым активным интеллектуальным сообществом и массовым участием студентов, постепенно превратилось в неэффективное и фундаментально устаревший слепой культ худших сторон Кубинской революции в смеси с крайне токсичной и моралистической формой мистического национализма, который сжался до прискорбного замыкания в своей раковине. Со своей навязчивой идеей морального превосходства, упорным отказом признавать более чем одно истолкование событий, отличающееся от их узкопартийного, зацикленности на идеологической чистоте, пуэрториканские левые сейчас неотличимы от правых.

Заново сформулированная левая идея сейчас нужна более, чем когда-либо, чтобы разорвать мёртвую хватку колониализма, лишающего Пуэрто-Рико средств к существованию. Должны быть выдвинуты и подвергнуты серьёзной дискуссии серьёзно новые методы, которые будут отходом от обветшавших ортодоксий. Всплеск популярности идеалов социализма среди многих молодых избирателей указывают на зарождения сдвига парадигмы в американской избирательной политике, и то же самое в некоторой степени можно наблюдать и в политической культуре Пуэрто-Рико при расширяющейся базе и растущей поддержке таких кандидатов, как Бенни Сандерс. Этот сдвиг включает элементы движения за независимость острова, которое традиционно враждебно по отношению к политике материка.

Эта тенденция в определённой степени препятствует не только молчаливый консерватизм, но и в значительное мере благоприятное отношение со стороны населения острова к необходимости регулирующего органа. Как это возможно? Простого решения этой проблемы нет, но один из возможных ответов – в том, что в отсутствие подлинной демократии и несмотря на формальное соблюдение её видимости каждые четыре года, десятилетия правления неэффективной двухпартийной колониальной администрации, погрязшей в колониальном болоте, заставили пуэрториканцев потерять всякое доверие к местным политическим институтам. Это чувство колониальной неуверенности в себе, чувство неизбежного наказания за воображаемые проступки, которые подрывают патриархальный характер империализма. И именно это ощущение заслуженно понесённого возмездия играет на руку окончательной победе капиталистов-падальщиков и неоколониалистов. В конце концов, история говорит о том, что отношения капитализма с островом всегда сводились к эксплуатации и грабежу.

Обсудить на форуме

В этой рубрике

Почему Запад считает глобализацию неудавшейся

Западные критики обвиняют глобализацию и развивающиеся экономики (читай — Китай) в закрытии фабрик, потере «высокооплачиваемых» рабочих мест, изменении климата, неравенстве доходов, растущей преступно...

Подробнее...

Почему глобализация нужна, как никогда

Как было указано в предыдущей статье и в моей книге «Развитые страны и влияние глобализации на экономику», сейчас как никогда ранее в своей истории мир нуждается в глобализации. ...

Подробнее...

Надлом

Комментарий для читателей TomDispatch: Если вы хотите понять наш мир, можно начать, например, с чтения захватывающего романа-антиутопии «Расколотая земля» (Splinterlands) (как будет видно из публикуем...

Подробнее...

Цензура в цифровой век

Великий эксперимент западной демократии, словно корабль, резко накренившийся под бортовыми ударами спекулянтов-олигархов, может наконец-то выбросить на скалы «мыслепреступлений». В неоднозначном проек...

Подробнее...

Помни о смерти. Реквием по Пуэрто-Рико

Пуэрто-Рико: кошмар после урагана продолжается Репортёр World Socialist Web Site поговорил с двумя жителями Аройо, Пуэрто-Рико, об отчаянной ситуации на опустошённом ураганом острове и об отсутствии ...

Подробнее...

Google+