Обрушат ли рынки падающие цены на нефть?

Сланец шагает впереди

Обрушат ли рынок падающие цены на нефть?

Цены на сырую нефть упали ещё ниже, сбивая доходность по американским казначейским ценным бумагам и резко снижая котировки акций. Американские тридцатилетние казначейские облигации соскользнули в период депрессии 2,83%, а все три основных индекса США ушли ниже уровня доходности.

Индекс промышленных акций Доу-Джонса (DJIA) возглавил отступление, теряя по-крупному – 268 пунктов к концу сессии. Вероятной причиной кровопролитной войны цен в среду стали новости, что ОПЕК понизила оценку необходимых объёмов добычи нефти в 2015 году, чтобы соответствовать ослабевающему глобальному спросу.

По данным USA Today:

«ОПЕК понизила свой прогноз на 2015 год до 28,9 миллионов баррелей в день, что почти на 300 000 меньше предыдущего прогноза и 12 летнего минимума… это почти на 15 миллионов баррелей в день меньше, чем картель выкачивал в прошлом месяце, когда ОПЕК оставила неизменной 30 миллионную квоту ежедневной добычи …

Резкий спад цен на сырую нефть вызывает опасения, что небольшие эксплуатационные и производящие компании могут выйти из бизнеса, если цены слишком упадут. А это, в свою очередь, может вызвать волнения среди тех, кто их кредитует: покупателей мусорных облигаций ненадежных эмитентов и небольшие банки». (USA Today)

Более низкие цены на нефть не обязательно вызовут рост потребления или усилят рост. Как раз напротив. Слабый спрос есть признак того, что создаётся  дефляционное давление и стагнация становится более крепкой. Кроме того, падение в 42% цен на базисные сорта американской сырой нефти после пика в июне подталкивает сильно закредитованные энергетические компании всё ближе к обрыву. Если эти компании не смогут справиться со своими долгами (из-за низких цен), многим из них придётся объявить дефолт, который негативно отразится на широком рынке. Вот краткое заключение аналитика Волфа Рихтера:

«Цена на нефть упала… и мусорные бумаги американского энергетического сектора оказываются под ударом после феноменального взлёта этого года. Энергетические компании в октябре продали мусорных бумаг на $50 миллиардов, это 14% всех выпущенных мусорных бумаг! Но компании с «мусорным» рейтингом пытаются собрать новые суммы денег, чтобы обслуживать старые долги или финансировать дорогостоящий фрекинг или бурение в открытом море, действия, которые внезапно встретили сопротивление.

И переживавшие прежде бум кредиты погрязшим в долгах компаниям, уродливым сёстрам «мусорных» бумаг, довёли ФРС до истерики. Даже глава ФРС Йеллен выделила их, поскольку они затрагивают банки и представляют риск для финансовой системы. Регуляторы собирают о них сведения и пытаются сократить их число «благоразумными с точки зрения макроэкономики» мерами, такими, как жёсткие меры в отношении банков, а не монетарными методами вроде поднятия ставок. И ФРС тревожит то, что уже происходит в энергетическом секторе: кредиты погрязшим в долгах компаниям подвергаются жёсткой критике. И это только начало…

«Если нефтяной рынок стабилизируется, масштаб сокращений будет ограничен, – заявил «Блумберг» Эдвард Марринэн, занимающийся стратегией макро-кредитования в RBS Securities. – Но если мы увидим дальнейшее падение цен, обязательно последует реакция на широком рынке, поскольку проблема разрастётся, и будут охвачены всё большие сегменты высокоприбыльного пространства, они почувствуют проблемы… Если не случится чуда, которое быстро подтолкнёт цену нефти, последуют дефолты, и они отразятся за пределами нефтяной отрасли». («Нефтегазовое кровопускание распространяется на «мусорные» бумаги и кредиты погрязшим в долгах компаниям. Дальше – дефолты», Волф Рихтер, «Wolf Street»)

Низкие процентные ставки ФРС и количественные смягчения снизили доходность по корпоративным долгам, поскольку инвесторы в три горла обжирались «мусорными» бумагами, считая, что ФРС «прикроет им спину». Это облегчило безответственным энергетическим компаниям займы тонн денег при самых низких в истории процентных ставках, даже при том, что их модель бизнеса была весьма сомнительной. Теперь, когда с нефтью «не выгорело», инвесторы становятся сдержаннее, что поднимает процентные ставки, осложнив компаниям рефинансирование долга. Это значит, что многие подобные компании разорятся, что принесёт потери инвесторам и пенсионным фондам, которые скупали эти долги в форме «финансово-инжиниринговых» продуктов. Вопрос в том, достаточно ли накопилось этой «финансово-инжиниринговой»  дряни на банковских балансах, чтобы во всей системе стартовал эффект домино, как это случилось в 2008-м?

Частично ответ на это был получен в среду, после неблагоприятного прогноза ОПЕК, который взбаламутил государственные бумаги и отправил доходность по безрисковым ценным бумагам американского казначейства в пике. Инвесторы сбросили свои акции в безумном отчаянном рывке, думая, что худшее – ещё впереди. Американские казначейские ценные бумаги оказались убежищем для взволнованных инвесторов, ищущих безопасного места, чтобы притаиться, пока не минует шторм.

Экономист Джек Расмус выложил в Counterpunch прекрасную статью, в которой доходчиво  объясняет, почему инвесторы столь встревожены. Вот отрывок из статьи под названием «Экономические последствия глобальной нефтяной дефляции»:

«Дефляция нефти может привести к повсеместным банкротствам и дефолтам различных нефинансовых компаний, что в свою очередь разгонит ситуацию финансовой нестабильности в банках, связанных с этими компаниями. Коллапс финансовых активов, связанных с нефтью, тоже может вызвать дальнейшую цепную реакцию, влияя на другие формы финансовых активов, распространяя финансовую нестабильность на другие кредитные рынки. (Экономические последствия глобальной нефтяной дефляции, Джек Расмус, CounterPunch)

Обвал цен на нефть обычно сбивает цены на остальные товары. Что, в свою очередь, бьёт по развивающимся рынкам, которые в большой степени зависят от продаж сырья. Эти и без того хрупкие экономики уже демонстрируют признаки напряжения из-за роста инфляции и утечки капиталов. В странах, подобных Японии, однако, можно было бы предположить, что влияние будет положительным, поскольку снижение курса иены сделало импортируемую нефть более дорогой. Но это не так. Падение цен на нефть увеличивает дефляционное давление, вынуждая Банк Японии вводит всё более чрезвычайные меры, чтобы развернуть тенденцию и попытаться стимулировать рост. Какую новую и дестабилизирующую политику использует Банк Японии в попытке выкарабкаться из рецессии? Тот же вопрос можно задать и Европе, которая уже прошла три круга рецессии за прошедшие пять лет. Вот и Расмус связывает снижение цен на нефть и глобальную финансовую неустойчивость:

«Нефть – не только покупаемый, продаваемый и торгуемый на глобальных рынках физический товар, она стала ещё и важным финансовым активом, поскольку США и мир начали либерализовать торговлю нефтяными фьючерсами…

Точно так же снижение цен на нефть выливается в снижение цен на другие физические товары… дефляция цен тоже может «распространиться» на другие финансовые активы, вызывая такое же снижение цен, подобно «цепной реакции».

Эта «цепная реакция» не столь уж отличается от происходившего при крахе пузыря недвижимости в 2006-2008-м. В то время сильное сжатие глобального сектора недвижимости («физические активы» не только «раскрутило спираль» в других секторах реальной экономики, но и распространилось на ипотечные облигации… и деривативы, основанные на этих бумагах тоже рухнули. Эффект состоял в «распространении» в другие формы финансовых активов, которые запустили цепную реакцию дефляции финансовых активов.

Та же самая «цепная реакция финансовых активов» может возникнуть, если цены на нефть продолжат снижение и ниже $60 за баррель. Это станет почти 50% дефляцией цен на нефть, что может потенциально запустить более широкую глобальную финансовую нестабильность, возможно, связанную с коллапсом корпоративного рынка «мусорных» бумаг в США, которыми подпитывается большая часть американской сланцевой индустрии». (CounterPunch)

Именно такой сценарий, как мы считаем, развернётся в ближайшие месяцы. Расмус говорит об «инфекции», смертоносном распространении её из одного класса активов в другой из-за ухудшения ситуации на финансовых рынках и слишком большого объёма заёмных средств. Когда долг больше невозможно обслуживать, следуют дефолты, вытягивая из системы ликвидность, что ведёт к внезапным (и мучительным) переоценкам.  Расмус полагает, что резкое уменьшение добычи сланцевой нефти и газа может спровоцировать крах «мусорных» ценных бумаг, что подготовит почву большему закрытию банков. Вот, что он говорит:

«Грядущий разворот на сланцевом рынке не пройдет гладко. Что будет означать широкое распространение просрочек платежей предприятиями  данного сектора. А поскольку большая часть буровых работ финансировалась с помощью высокорискованных корпоративных «мусорных» ценных бумаг, перетряхивание сланцевого рынка может перейти в финансовый крах американского рынка корпоративных «мусорных» акций, который ныне чрезмерно раздут, что в свою очередь приведет к банкротствам региональных банков». (CP)

Финансовые рынки – большой пузырь, который только ждёт момента взорваться. Если не выкинет фокус сланцевый рынок, случится что-нибудь ещё. Всего лишь вопрос времени.

Расмус также полагает, что нынешнее перенасыщение рынка нефти политически мотивировано. Вашингтонские «политические маклеры» убедили саудитов наводнить рынок нефтью, чтобы сбить цену и сокрушить зависящую от нефти Москву. США хотят видеть слабую и разделённую Россию, которая согласится с американскими планами увеличить количество военных баз в Центральной Азии и позволит НАТО развернуться на её западных границах. Вот снова Расмус:

«Саудовская Аравия и её друзья-неоконы в США нацелились и на Иран, и на Россию своей новой политикой снижения цен на нефть. Влияние экономического нефтяного кризиса уже наносит серьёзный ущерб российской и иранской экономикам. Иными словами, это политика продвижения снижения глобальных цен на нефть встречает сочувственный отклик у весьма значимых политических интересантов в США, которые хотят создать более глубокое разрушение российской и иранской экономик ради своих глобальных политических целей. Не в первый раз нефть используется как глобальное политическое оружие, да и не в последний». (CP)

Вашингтонская стратегия весьма рискованна. Есть значительная вероятность того, что план приведёт к неожиданным последствиям и отправит фондовые рынки в свободное падение, уничтожая триллионы в мгновение ока. В таком случае вся суета ФРС не будет стоить ничего.

Натура – дура, судьба – индейка, а жизнь – копейка.

Обсудить на форуме

В этой рубрике

Китайско-российская взаимозависимость будет основана на нефти

Хотя Пекин является крупнейшим торговым партнером Москвы, а Россия только на втором месте в десятке основных импортеров Китая, Кремль стратегически является наиболее важным подрядчиком, поскольку он п...

Подробнее...

Как драма с иранскими санкциями пересекается с ОПЕК плюс

Основные государства, покупающие у Ирана нефть, вряд ли прислушаются к призывам США сократить импорт; ключевые союзники добиваются исключений, позволяющих избежать санкций, а в это время ОПЕК в крат...

Подробнее...

Милитаризация энергетической политики Америки

Стратегия максимализации добычи Считайте президента Трампа и его администрацию воровским притоном. Конечно, есть и очевидная кража: они в итоге, как и с недавно проведённым законом о налоговой «...

Подробнее...

Китай планирует разорвать удавку нефтедоллара

Более 40 лет на глобальном энергетическом рынке доминировал нефтедоллар. Но сейчас Китай стремится это изменить, заменив мировые доллары на юани. Конечно, разные страны пытались делать это и раньше, ...

Подробнее...

Нерассказанная история о Клинтонах, уране и коррупции

В начале 2015 года мне позвонила обладатель Пулитцеровской премии журналистка Джо Бекер. Она работала над статьёй для первой полосы  «Нью-Йорк Таймс». Джо расследовала связь между урановым рынко...

Подробнее...

Google+