Из Британии пишут: правящие круги ослеплены русофобией

Из Британии пишут

Британская элита, чьи действия оспаривает большая часть британского населения, носится с раздутыми страхами вокруг России как средством защиты своих интересов…

Враждебность к России — одна из самых длительных, как и самых деструктивных реалий британской жизни.

Её присутствие иллюстрирует один из наиболее интересных, но наименее освещённых фактов о деле Скрипаля.

Сам Сергей Скрипаль — бывший сотрудник ГРУ, который был основной целью недавнего нападения с отравлением в Солсбери, завербованный британской разведкой и ставший британским шпионом в 1995-м, через четыре года после распада СССР, в то время, когда холодная война официально завершилась.

В 1995 году Борис Ельцин был президентом России, коммунизм вроде как потерпел поражение, когда-то мощных советских войск больше не было, а череда ориентированных на Запад правительств России безуспешно пытались провести предлагаемые МВФ «реформы». В знак новой дружбы, которая якобы теперь существовала между Британией и Россией годом ранее Москву и Санкт-Петербург посетила Королева Британии.

Но, несмотря на видимость дружбы и несмотря на тот факт, что Россия в 1995 году не представляла никакой мыслимой угрозы Британии, оказалось, что британская разведка всё ещё ведет старую игру, вербуя русских, чтобы шпионить за Россией.

Давняя история британской русофобии

На деле это было постоянной моделью англо-русских отношений ещё со времен Наполеоновских войн.

Краткие периоды кажущейся дружбы — часто вызванные угрозой со стороны общего врага — сменялись намного более длительными периодами зачастую сильной враждебности.

Эту враждебность — по крайней мере, с британской стороны — понять нелегко.

Крымская война

Россия никогда не вторгалась на территорию Британии и не угрожала ей непосредственно. В двух случаях, когда Британия и Россия воевали друг с другом — во время Крымской войны 1854-1856 годов и во время русской Гражданской войны 1918-1921 годов — сражения шли на территории России, и инициированы они были Британией.

Тем не менее, несмотря на отсутствие какой-либо очевидной причины, британская враждебность по отношению к России представляет собой постоянный и длительный факт британской политической и культурной жизни. Лучшее, что можно об этом сказать, что это по-видимому преимущественно явление среди элиты.

Пики британской русофобии

Если британская враждебность в отношении России является константой, тем не менее верно и то, что вряд ли возможно, что в период перед Крымской войной она достигала такой напряжённости, как и сегодня.

Более того, она не только достигла едва ли виденного ранее уровня интенсивности, но стала центром британской политики так, что теперь наносит серьёзный ущерб.

Этот ущерб и внутренний в том, что коррумпирует британскую политику, и международный в том, что не только маргинализирует Британию в международном масштабе, но и отравляет международную атмосферу.

Почему так?

Консенсус британской элиты

Для британской элиты, расколотой Брекситом и всё менее уверенной в лояльности британского населения, враждебность к России стала вопросом, вокруг которого можно объединиться. В результате враждебность к России теперь выполняет по сути интегрирующую роль внутри британской элиты, объединяя её в то самое время, когда напряжённость из-за Брексита грозит её расколоть.

Чтобы ощутить это, рассмотрим две статьи — обе они недавно появились в британских СМИ ­— одна в твёрдо выступающей против Брексита «Гардиан», вторая в столь же твёрдо стоящей за Брексит «Дейли Телеграф».

Статья в «Гардиан» Уилла Хаттон и Эндрю Эдониса нацелена на то, чтобы опровергнуть сценарий британскую самобытность, якобы изобретенную лагерем выступающих за Брексит. В статье утверждается (правильно), что Британия исторически всегда была тесно интегрирована с Европой.

Однако в развитие этого утверждения в статье предлагается своего рода примечательное историческое искажение. Неудивительно, что объектом его стала Россия. Только взгляните, например, на этот абзац:

«… отметим для сторонников Тёмных Времён и Дюнкерка: Британия никогда не была «в одиночестве» и не смогла бы восторжествовать (во Второй Мировой войне против Гитлера), если было так. Даже в самые мрачные времена Британия могла призвать тогдашнюю обширную империю и, в течение 18 месяцев, ещё и американцев».

Незаменимый вклад России в поражение Гитлера вообще удалён из статьи. США, которые были вовлечены в войну против Гитлера в декабре 1941 года, упомянуты. Россия же, которая вела войну против Гитлера с июня 1941-го, ранее США, чей вклад в поражение Гитлера намного больше, не упомянута.

При всех заявлениях об опровержении мифов лагеря сторонников Брексита о Второй Мировой, в статье создаются свои мифы, превращая тот факт, что Россия была союзником Британии в той войне, в несуществующий.

Однако в статье довольно много говорится о России:

«Россия под управлением Путина ведёт себя подобно фашистским режимам 1930-х, поддерживая запутанные сетевые рейды фабрик троллей. Граждане — и молодые избиратели в некоторых европейских странах, что звучит зловеще — всё больше и больше склонны терпеть наступление на демократические нормы и выражать поддержку авторитарным режимам.

Бывший генерал-майор КГБ Олег Калугин описал насаждение недовольства как «сердце и душу» путинского государства: не сбор разведданных, а подчинение — вот активные меры с целью ослабить Запад, вбивать всевозможные клинья в альянсы западных сообществ, в частности НАТО, сеять недовольство среди союзников, ослаблять США в глазах людей Европы, Азии, Африки, Латинской Америки и таким образом подготавливать почву на случай, если и в самом деле начнётся война. Сделать Америку более уязвимой для гнева и недоверия других народов»

Черчилль и Сталин в Москве в 1942 году.

Черчилль и Сталин в Москве в 1942 году.

История поставлена с ног на голову. Не только тот факт, что Россия на самом деле была союзницей Британии в войне против нацистской Германии. Теперь уже и не факт, но Россия оказывается наследницей нацистской Германии, фашистским режимом, подобным тому, какой когда-то была Германия, представляя угрозу для Британии и Запада, какой ранее была нацистская Германия.

Более того, кто с этим не согласен, и кто не считает столкновение с Россией приоритетом, в лучшем случае глупец:

«При голосовании по Брекситу в Веймуте капитана Малькольма Шейксби из Партии независимости Соединённого Королевства (Ukip) не возмутил Путин или европейский популизм. Он живёт в мультяшном мире британской исключительности, и сегодня он в основном озабочен «продажей» миссис Мэй результатов референдума».

Сравните эти комментарии о России в твёрдо выступающей против Брексита «Гардиан» и комментариями о России Джанет Дейли в столь же твёрдо стоящей за Брексит «Дейли Телеграф».

Джанет Дейлине говорит не совсем как Хаттот и Эдонис, что Россия «фашистский режим». Однако в описании она подходит очень к этому близко:

«Современная российская экономика представляет собой форму гангстерского капитализма, по большей части свободного от законодательных или политических ограничений. Никто в Кремле больше не прикидывается, что роль России на международной сцене состоит в распространении идеалистической доктрины освобождения и общего процветания.

Когда она устраивает интервенцию в такие места, как Сирия, то даже не делает вид, что ведёт эту страну в великому социалистическому возрождению. Даже предлог борьбы с ИГ* стал невероятно тонким прикрытием. Все иллюзии отброшены, и борьба свелась к одному жесткому императиву: Асад это человек Путина и его режим будут защищать до последнего, чтобы обезопасить российские интересы. Но в чём эти интересы? Просто утвердить влияние России в мире — то есть вопрос и является ответом».

Хотя Москва продемонстрировала и словом, и делом, что вмешалась в сирийские события по просьбе самой Сирии, чтобы предотвратить её превращение в несостоявшееся государство и прибежище террористов, оказывается, что Россия сконцентрирована только на одном — получить как можно больше власти.  Это же и в отношении её внутренней политики («гангстерский капитализм, свободный от законодательных или политических ограничений»), и внешней политики («В чем интересы России? Просто утвердить влияние России в мире — то есть вопрос и является ответом»).

В результате её поведение рекомендуется рассматривать во многом также, как ранее поведение нацистской Германии:

«… теперь мы, по-видимому, имеем основную угрозу со стороны бесчинствующей России-изгоя, которая вернулась на сцену. Россия решительно настроена восстановить свои претензии на статус сверхдержавы, но на этот раз даже без морального прикрытия в виде идеологической миссии: страна, которая когда-то состояла в уважаемой ассоциации современный индустриальных стран G8, уже не G7, предпочитает быть вне закона».

В вопросе об угрозе со стороны России оба крыла британского истеблишмента — и те, кто за Брексит, и те, кто против Брексита — совершенно едины. Противостоять — единая политика, по которой оба  крыла согласны. Неудивительно, что при каждой возможности они именно это и делают.

Нетерпимость к недовольству, рассматриваемому, как «угроза со стороны России»

В этой тяжёлой атмосфере любой в Британии, кто не соглашается, рискует предстать либо предателем, либо дураком.

Джереми Корбин, лидер лейбористов, известный тем, что предпочитает диалог с Россией, недавно пережил длительную и отвратительную кампанию нападок прессы, намекавшей, что он завербован, как коммунистический агент в 1980-х чешской разведкой.

Это утверждение в итоге развалилось, когда британский член парламента зашёл слишком далеко и открыто заявил то, на что до этого лишь намекали. В результате  он был вынужден отказаться от своих утверждений и выплатить компенсацию под угрозой судебного разбирательства. Однако вопросу о лояльности Корбина никогда не позволяют исчезнуть.

Во время всеобщих выборов в прошлом году Корбин вынужден был вытерпеть и статью в «Телеграф», написанную не кем иным, как сэром Ричардом Дирлавом, бывшим главой внешней разведки Британии  MI6 (британский эквивалент ЦРУ). Дирлав намекал, что Корбин по меньшей мере симпатизировал коммунистам или товарищам по путешествию во время холодной войны, чьи симпатии были на стороны Восточного блока, то есть различного рода анти-западниками, и предположительно поддерживаемыми коммунистами террористическими группами, которые Восточный блок якобы поддерживал:

«Сегодня Британия идёт к урнам для голосования. И, честно говоря, я шокирован тем, что никто не встал и не сказал недвусмысленно, насколько крайне опасно было бы для нации, если бы Джереми Корбин стал премьер-министром. Так что позвольте мне ясно сказать, что лидер партии Лейбористов является старомодным социалистом-интернационалистом, который установил связи с теми, кто вполне готов использовать террор, когда у них нет других способов: ИРА, Хезболла, Хамас. В результате он совершенно не подходит для управления, и Британия была бы в меньшей безопасности при нём в номере 10 (по Даунинг-стрит — резиденция премьер-министра)

Я готов дать показания, насколько всё это серьёзно: если бы Джереми Корбин решил вступить в ряды секретных служб страны - MI5, GCHQ или ту, которую возглавлял я, MI6 – он бы не смог это сделать. Ему бы отказали путем наложения вето. Он не только не мог бы  прийти в MI5, в прошлом MI5 активно его изучала. И всё же этот человек стремится на самый высокий пост, надеясь всего через 24 часа возглавить наши секретные службы.

Молодые люди в Британии недавно пережили ужасающие террористические нападения. Было бы лишь естественно, что они должны быть отчаянно встревожены проблемами безопасности, и по моему, это большой позор, что они не понимают политические истоки лидера Лейбористов. Именно к этим молодым людям, в частности, я и хочу обратиться. Я хочу объяснить, что означает всё это движение Корбина.

Во время холодной войны группы, с которыми он связан, бывали в Алжире и ездили между Восточной Германией и Северной Кореей. Сегодня трудно понять значение этого. Когда я говорю со студентами о холодной войне, она полагают, что я просто говорю об истории. Но это прямо отражается на нашей безопасности. Только проходя по линии прекращения огня между Северной и Южной Кореями с их потрясающими военными сооружениями, можно получить впечатление, что стояло на кону.

…. Джереми Корбин представляет собой явную и настоящую опасность для страны».

В свете подобного, совершенно не удивительно, что крещендо критики в адрес Корбина достигло пика  в марте, после отравления Сергея и Юлии Скрипалей в Солсбери.

Призыв Корбина — единственного среди ведущих политиков — к тому, чтобы позволить расследованию идти своим чередом, за чем должны последовать должные процедуры, просто подтвердил сомнения в его лояльности и его симпатиях к России, уже существовавшие у британского истеблишмента и ранее высказываемые людьми наподобие Дирлава. Его призыв рассматривался не как полностью обоснованный, за которым должны последовать соответствующие процедуры. Вместо этого он считался дальнейшим доказательством того, что симпатии Корбина на стороне России, которая является врагом Британии.

Дирлав: Корбин представляет собой «явную и настоящую опасность» (для истеблишмента).

Дирлав: Корбин представляет собой «явную и настоящую опасность» (для истеблишмента).

Корбин не единственный, оказавшийся мишенью подобным же образом. Когда я это пишу, Британию охватывает несколько меньший скандал, поскольку бизнесмен правого крыла Аррон Бэнкс, который частично финансировал кампанию «Уйти» во время референдума по Брекситу в 2016 году, как теперь раскрылось, провёл несколько встреч с послом России и обсуждал коммерческие сделки с российским бизнесменом.

Хотя Бэнкс утверждает, что сообщал об этих контактах ЦРУ, и хотя нет ни малейших свидетельств неуместности этих контактов (предлагавшаяся сделка так и не осуществилась), самого факта, что контакты были, оказалось достаточно для возникновения сомнений относительно причин Бэнска поддерживать кампанию за «Уйти». Возможно, ещё более тревожащим для Бэнкса было то, что едва ли хоть кто-то выступает в его защиту.

Даже политически незначительная фигура, вроде поп-певца Робби Уильямса, теперь оказалась в кадре. Чуть более года назад Уильямс сорвал аплодисменты за песню «Вечеринка в русском стиле», которую некоторые люди интерпретировали (ошибочно, по-моему) как критику современной России. Сегодня его критикуют за выступления в России во время Чемпионата Мира.

Русофобия подрывает британскую демократию

Результатом подобной нетерпимости стало резкое сокращение свободы общественного пространства Британии, причем те, кто не согласны с британской политикой в отношении России, всё больше опасаются высказывать своё мнение.

Поскольку мнение истеблишмента в Британии воспринимается, как защита либеральной демократии от нападения России, и поскольку мнение истеблишмента всё больше сближает либеральную демократию с её собственным мнением, то отсюда следует концепция, что любой вызов этому мнению есть нападение на либеральную демократию, и, следовательно, это должно быть работа России.

Такой параноидальный взгляд теперь становится всеобъемлющим. Никакая часть традиционных СМИ не свободна от него. Он имеет твёрдую позицию на «Би-би-си» и справедливо будет сказать, что под ним подписались все крупные издания. Любой, кто этого не сделал, не имеет будущего в британской журналистике.

Это само по себе тревожит, как и со всеми формами организованной паранойи, оказывает разрушительное воздействие на функционирование учреждений Британии.

Посреди растущего влияния разведки

Одним из очевидных демонстраций проявления этого является чрезвычайный рост и заметности и влияния разведывательных служб Британии.

Исторически разведывательные службы в Британии действовали за кулисами событий и до такой степени скрытно, что были почти невидимы. До 1980-х сам факто их существования был теоретически государственной тайной.

Сегодня, как показывает статья Дирлава о Корбине в «Дейли Телеграф», их руководители и бывшие руководители не только стали публичными, но и сами разведывательные службы всё больше исполняют роль привратников, решающих кому можно доверять занять государственный пост, а кому нельзя.

Корбин далеко не единственный британский политик, оказавшийся объектом подобного расследования.

Борис Джонсон, некоторое время назад бывший министром иностранных дел Британии, сделал то, что я уверен, теперь считает ошибкой, написав статью в «Телеграф», в которой похвалил роль России в освобождении древнего города Пальмира в Сирии от ИГ.

Результатом стало то, что при назначении министром иностранных дел у Джонсона состоялась встреча с главами британских разведок, которые «убедили» его в необходимости следовать жёсткой линии в отношении России. С тех пор он действительно следует жёсткой линии в отношении России.

Русофобия проникла в правовую систему

Стил: оплаченное политическое исследование, а не разведка.

Стил: оплаченное политическое исследование, а не разведка.

Враждебность истеблишмента в отношении России к тому же позволяет разведывательным службам вмешиваться в правовые процедуры Британии.

Существует широко распространённое и, возможно, верное представление, что британские разведывательные службы на самом деле активно лоббировали предоставление убежища беглому российскому олигарху Борису Березовскому, которого они, по-видимому, считали своего рода «агентом влияния» в России и это несмотря на тот факт, что сегодня широко известно, что подноготная и действия Березовского в России должны были обеспечить отказ ему в предоставлении убежища в Британии.

Однако, то, что всё ещё по большей части слухи в случае Березовского, в отношении Александра Литвиненко и Скрипалей — неоспоримый факт.

Я ранее объяснял, как в деле Литвиненко утверждение об участии российского государства в убийстве Литвиненко, сделанное в британском публичном расследовании, не подтверждается доступными общественности доказательствами.

Теперь же стало ясно, что основное доказательство участия российского государства в убийстве Литвиненко было не доступным общественности доказательством, это было доказательство, представленное следствию в частном порядке британскими разведывательными службами. Это доказательство рассматривалось только одним судьей, возглавлявшим расследование, но, видимо, имело определяющее воздействие на формирование его мнения об этом деле и формирование отчёта.

Американским читателям, возможно, интересно узнать, что доказательство было предоставлено не кем иным, как Кристофером Стилом, тем самым человеком, которые дал нам досье «золотого душа», сыгравшее столь чрезмерную роль в «Рашагейте».

Насколько сильно или надёжно это доказательство теперь сказать сложно, поскольку оно засекречено и его нельзя независимо разобрать. Всё, что я бы сказал — что в двух других случаях, когда известно, что именно Стил обеспечивал аналогичные доклады о действиях российского государства, которые оказалось невозможно подтвердить и расследования впоследствии потерпели неудачу. Одно из таковых — досье «золотого душа» Стила, которое, как признало ФБР, невозможно подтвердить и которое вряд ли кто-то ещё считает правдивым. Другое — это доклад, опять-таки Стила, в котором выдвигается обвинение о покупке Россией права проведения Чемпионата Мира по футболу через взятки чиновникам ФИФА, что последовавшее расследование признало ложным.

Оказывается, что доказательства, использованные в поддержку утверждения Британии о вине России в деле Скрипаля такие же — доказательства предоставлены частным порядком британской разведкой, и не могут быть подвергнуты независимому рассмотрению. Как и в деле Литвиненко британские власти тем не менее не колеблясь использовали эти доказательства, чтобы публично объявить о вине России. И это когда полицейское расследование всё ещё продолжается и до того, как определены какие-либо подозреваемые.

В самом деле, в деле Скрипаля нарушения должного процесса настолько велики, что их даже не отрицают. Вместо этого в британских СМИ появляются статьи, в которых говорится, что соответствующие нормам процедуры неприменимы в делах, касающихся России.

То, что не может быть права закона без соответствующих процедур, и что исключение дел, касающихся России, из числа тех, где необходимо следовать соответствующим процедурам, является расистским и дискриминационным, похоже, никого не волнует.

В Британии существует дискриминация по отношению к русским

Там, где разведывательные службы прокладывают путь, остальные с большим желанием ему следуют.

Недавно комитет Палаты Общин опубликовал доклад, в котором открыто оказывает давление на британские юридические фирмы, чтобы те отказывались вести дела с клиентами из России. Лучшее рассмотрение этого даёт канадский ученый Пол Робинсон:

«…  что приводит меня действительно в состояние шока в отношении этого документа (доклад комитета Палаты Общин — АМ). Это было заявление о британской юридической фирме Linklaters, которая осуществляла управление EN+. Незадолго перед этим в докладе говорится «И EN+ IPO, и продажа российского долга в Лондоне, по-видимому, исполнялись в соответствии с соответствующим правилами и системами регулирования и не существует явных доказательств нарушений в юридическом смысле». Но затем далее говорится следующее:

«Мы попросили  Linklaters появиться перед комитетом и объяснить их участие в размещении EN+ … Они отказались. Мы сожалеем об их нежелании принять участие в нашем расследовании и вынуждены оставить на долю других судить, не оставляет ли их работа «на переднем крае финансового, корпоративного и торгового развития в России» их самих столь вовлечёнными в коррупцию Кремля и его сторонников, что они больше не способны соответствовать стандартам, ожидаемым от юридической фирмы регулируемой нормами Соединённого Королевства».

Это совершенно возмутительно и к тому же малодушно. Комитет по сути обвиняет Linklaters в коррупции, одновременно избегая жалобы на клевету, используя уклончивые слова «мы оставляет на долю других судить» — это способ обвинить, одновременно утверждая, что этого не делается. Что столь вопиюще в заявлении, так это то, что оно идёт сразу вслед за признанием, что размещение EN+ было сделано совершенно честно.  Linklaters ничего не сделали неверно, и комитет Палаты Общин это знает. Тем не менее, он находит вполне подходящим предположить, что компания «больше не способна соответствовать стандартам, ожидаемым от юридической фирмы, регулируемой нормами Соединённого Королевства».

Подразумевается, что любая компания, обладающая обширными сделками с российскими предприятиями «вовлечена в кремлёвскую коррупцию», и потому не подходит для ведения бизнеса. Я не могу интерпретировать это как-то иначе, чем попытку комитета угрожать британским компаниям и принуждать их отказаться от юридической практики. Я считаю это бесчестным.

Отношение комитета можно ещё раз увидеть в конце доклада, когда там написано, что «вместо участия в основанной на правилах системе, режим президента Путина использует асимметричные методы для достижения своих целей, и другие — так называемые полезные идиоты — умножают этот эффект, поддерживая его пропаганду. Итак, вы поняли. Людей, которые ведут дела с Россией, надо публично позорить, как недостойных стандартов, ожидаемых от британцев, а тех, кто осмеливается указать на такое положение вещей, необходимо объявить «полезными идиотами». Иметь дело с Россией означает стать шпионом Кремля».

Исходящее от комитета Палаты Общин аналогичное давление на британские юридические фирмы с целью вынудить их отказаться действовать в интересах российских клиентов теперь исходит и от СМИ, как объясняется в этой статье «Гардиан» Ником Коэном, который выражается о российских клиентах в следующих выражениях:

«В данном конфликте нет смысла считать олигархов бизнесменами. Они ближе к привилегированным слугам полевого командира или босса мафии. Их благосостояние по усмотрению Путина. Если им скажут купить влияние на Балканах или финансировать новый альтернативный веб-сайт, они слушаются. Компании, которые выручают деньги на лондонских рынках, или олигархи, которые перебираются в усадьбы Кенсингтона, могут выглядеть независимыми организациями и лицами, но, как заявил комитету Гарри Каспаров: «Они агенты российского режима жуликов, а не бизнесмены. Они соучастники бесчисленных преступлений Путина. Эти компании не международные корпорации, а средство отмывания денег и распространения коррупции и влияния».

Я бы к этому добавил, что в управляемых законов государствах даже преступники имеют право  за законное представительство и консультации. В Британии, если комитет Палаты Общин и Ник Коэн  добьются своего, русские — неважно преступники или нет — будут исключением.

Что невероятно странно в этом деле, так это то, что спектр огромного российского проникновения в Британию, воображаемый комитетом Палаты Общин, совершенно оторван от реалий. «Экономист» (отнюдь не друг России) представляет реальные цифры:

«… значительное число сорящих деньгами в Лондоне русских дают неверное представление об относительно малой роли, которую их деньги  играют в более широкой экономике. Иностранцы владеют в грубом приближении £10 триллионам британских активов. Доля России там всего  0,25%, меньше, чем Финляндии и Южной Кореи.

В части западного Лондона обитают многие новые русские жители, как и магазины, их обслуживающие (в том числе поставщики роскошных бронированных автомобилей). Но всё же в «элитном» Лондоне — то есть верхние 5-10% рынка — покупатели из Восточной Европы и бывшего Советского Союза составляют лишь 5% продаж, судя по данным  агентства недвижимости  Savills. Вне шикарных районов Лондона русское влияние минимально. Отъезд олигархов может повлиять на цены на некоторых улицах Лондона, но не более того.

То же верно в отношении частных школ Британии. Некоторые неплохо выиграли от русских родителей. Но из 53 678 иностранцев в этих школах, принадлежащих Совету независимому школ, всего лишь 2806 русских. И наоборот, Китай направляет 9 008 учеников со своего континента и ещё 5188 из Гонконга.

Глядя на эти цифры трудно не прийти к выводу, что именно само присутствие русских, а не их количество или благосостояние, или незаконный способ, которым некоторые из них предположительно получили свои деньги, составляет проблему для британского правительства».

Если сказать совсем просто, русских никто не ждёт, и не потому, что они богаты или коррумпированы, а потому, что они — русские.

Против российских СМИ

Тот же самый дискриминационный подход, по-видимому, провоцирует постоянные нападки британских властей на российскую телекомпанию RT.

РТ

За прошедшие два года RT пришлось отбивать попытки британских властей закрыть её банковский счёт, вынужденно  отвечать на череду жалоб британского регулятора СМИ  (Государственного комитета по телевидению, радиовещанию и почтовой связи Ofcom), столкнуться с угрозами отзыва лицензии на вещание в Британии и выдержать кампанию очернения, нацеленную частично на отказ британских политических лиц от приглашений на программы.

А что именно сделало RT, и что обосновывает это заявление – кроме смутных и общих заявлений, что это «пропагандистский» канал — так никогда и не было полностью объяснено.

Опять же, трудно избежать впечатления, что фундаментальная проблема британского истеблишмента с  RT состоит просто в том, что русский канал вещает в Британии, что тщательно рассматривает политику и действия истеблишмента — это фундаментальная обязанность журналистики, которая по большей части отсутствует в британских СМИ.

Свобода слова есть право человека в Британии, за исключением случаев, когда это касается русских.

Этот дискриминационный подход по отношению к России  всё больше дублирует отвратительный и честно говоря расистский подход, как русские постоянно представляются в Британии сегодня.

Что до общего воздействия на британское общество, я повторю тут то, что писал ещё в 2016 году:

«Расовые стереотипы всегда представляют собой нечто, о чем следует сожалеть. Это негуманно, нетерпимо и отвратительно. Это расизм и глубоко оскорбительно для жертвы. Это так, когда бы это не использовалось с целью высмеять или навесить ярлык на любую этническую или национальную или культурную группу, и русские тут не исключение.

Общество, которое этому потакает и терпит тех, кто это делает, лишает себя права утверждать, что оно анти-расистское и расово терпимое. Тот факт, что так относятся лишь к одной этнической группе — русским — таким образом отказывая им в моральной и правовой защите, которую предоставляет другим, никоим образом не уменьшает расизм и нетерпимость, а лишь их подчёркивает».

Британское общество не просто становится беднее от этого. Оно глубоко коррумпировано, и эта коррупция теперь охватывает все аспекты британской жизни.

Британия становится изолированной

Если результат паранойи британского истеблишмента в отношении России состоит в глубокой коррозии самой Британии, то влияние его на британскую внешнюю политику крайне негативно.

На самом базовом уровне это означает полный разрыв связей между Британией и Россией.

Британские и русские руководители больше не ведут переговоров, полностью прекращены саммиты британских и российских руководителей. Последний визит Бориса Джонсона в Россию повсеместно признается полным провалом, а после дела Скрипаля британские официальные лица и члены Королевской семьи Британии даже бойкотировали Чемпионат Мира, проходивший в России.

Действительно, британские публичные заявления о Чемпионате Мира были выражением враждебности истеблишмента к России и ничем иным, причём Джонсон недавно сравнивал его с Олимпиадой 1936-го при Гитлере, а ещё один Комитет Палаты Общин предупреждал британских фанатов о мнимой опасности поездки в Россию с целью посмотреть матчи.

Это полное отсутствие диалога с Россией представляет серьёзную проблему для Британии, что втихомолку признают некоторые британские официальные лица.

В конце концов, Россия — мощная держава, и любое государство, которое желает влиять на мировые события, должно работать с Россией, чтобы этого достичь. Однако враждебность британского истеблишмента к России делает это невозможным.

В результате такие крупные международные проблемы, как украинский кризис, сирийский конфликт и начинающийся кризис на Ближнем Востоке, вызванный выходом США из ядерного соглашения с Ираном — во всё это Россия вовлечена и играет всём центральную роль — решаются без участия Британии.

Мэй: Стать статистом.

Мэй: Стать статистом.

Там, где Ангела Меркель Эммануэль Макрон ведут переговоры с Россией и, следовательно, могут взять на себя значимые роли в мировых делах, британка Тереза Мэй всего лишь статист.

Однако, вместо того, чтобы сделать очевидные выводы, то есть, что отказ говорить с русскими это прямая дорога в никуда, британцы повышают ставки в попытке обрести влияние, затевая против Москвы крестовый поход.

Эта стратегия — на которой безошибочно определяется отпечаток Джонсона — была изложена в великолепных терминах в недавней статье в «Гардиан»:

«Соединённое Королевство будет использовать ряд международных саммитов этого года, чтобы призвать к всеобъемлющей стратегии борьбы с российской дезинформацией, и стремиться переосмыслить традиционный дипломатический диалог с Москвой после агрессивной кампании отрицаний Кремлём использования химической оружия в Соединённом Королевстве и в Сирии.

Британские дипломаты планируют использовать четыре основных саммита этого года – G7,  G20, НАТО и ЕС — чтобы попытаться укрепить альянс против России, спешно выстроенный «Форин Офисом» после отравления бывшего русского двойного агента Сергея Скрипаля в Солсбери в марте.

«Министр иностранных дел считает ответ России на Думу и Солсбери поворотным пунктом, и полагает, что обладает международной поддержкой, чтобы сделать большее», сказал представитель Уайтхауса. «Сферы, где Соединённое Королевство с наибольшей вероятностью будет стремиться работать, это противодействие российской дезинформации и нахождение механизма принуждения к ответственности за использование химического оружия».

Бывший сотрудник «Форин Офис» признаёт, что нежелание организации призывать Россию к ответу когда-то пропитывало британское дипломатическое мышление, но после отравления Скрипаля и его дочери Юлии это отношение испарилось…

Министры хотят следовать стратегии широкого сдерживания России на будущих саммитах, охватывая вопросы кибер-безопасности,  военной позиции НАТО, санкций против олигархов Владимира Путина и более всеохватывающего подхода к российской дезинформации».

Потребовалось не более нескольких недель после появления этой статьи 3 мая 2018-го, чтобы вся эта грандиозная стратегия развалилась.

Не только Меркель и Макрон после этой опубликования статьи посетили Россию, но и в Италии теперь новое, дружественное России правительство, и Испания может вскоре за ней последовать. Добавляя соли в рану, Германия теперь ставит под сомнение действия Британии после отравления в Солсбери.

Однако всё затмил комментарий Дональда Трампа на  G7, сказавшего, что Россию следует вернуть в G7 , и информация его представителей британским СМИ, что его всё больше раздражают нотации британского премьер-министра.

На том саммите  G7  Трамп не только не встретился с Мэй один на один, но и отказался согласиться на заключительное коммюнике с критикой в адрес России.

Нет нужны говорить, что при коллапсе саммита план, который Меэй по сути намеревалась раскрыть на саммите с целью нового быстрого международного ответа на убийства и кибератаки, за которыми стоит Россия, отказался нереальным.

Вместо того, чтобы получить поддержку международного крестового похода против России, британцы всё больше обнаруживают, что никто в нём больше не заинтересован, и что одержимость Мэй и британского истеблишмента Россией вместо усиления значимости Британии делает Британию всё более неадекватной.

Ущерб международной обстановке

На деле британский истеблишмент делает фундаментальную ошибку, считая, что другие страны не только разделяют их одержимость Россией, но и в обязательном порядке ценят свои отношения с Британией больше, чем отношения с Россией.

Это странная позиция, если учесть, что Россия бесспорно более влиятельна, чем Британия.

Тем не менее, верно, что антироссийская зацикленность британского истеблишмента производит разрушительный эффект в международном масштабе.

Многие западные правительства имеют свои проблемы с Россией, и в такой ситуации неудивительно, что британская паранойя в отношении России находит готовый отклик.

Самым недавним примером этого, конечно же, служит организованная высылка различными западными правительствами российских дипломатов сразу после отравления в Солсбери.

Однако наибольший ущерб был причинён в США.

Британия и «Рашагейт»

Полный масштаб роли Британии в скандале «Рашагейт» ещё не совсем  ясен, но нет никаких сомнений, что она и велика, и играла решающую роль.

Тот, кто вероятно играл самую большую роль в создании скандала — Кристофер Стил, составитель досье «золотой душ», и он не только британец, но и бывший сотрудник британской разведки.

Теперь становится всё более очевидным — как в прошлом году писал Джо Лориа в Consortium News – что досье сыграло ключевую роль во всем скандале, будучи многие месяцы одобренным американскими следователями — в том числе, как оказалось, следователями специального советника Роберта Мюллера — как обеспечивающее «рамки сценария» дела о мнимом сговоре между русскими и командой Трампа.

Досье Стила на самом деле во многом просто параноидальное восприятие России, которого в Британии придерживаются, хотя (я уже указывал на это ранее) представление досье о том, как в России принимаются решения правительства, абсурдно.

Критики досье  в США верно привлекали внимание к тому факту, что это «исследование» оплачено политическими оппонентами Дональда Трампа в кампании Хиллари Клинтон, хотя есть и весьма популярное мнение многих республиканцев (ошибочное, по-моему), что  это провокация, состряпанная российской разведкой с целью сорвать избирательный процесс в США и сбить с толку Трампа.

Наоборот, недостаточное внимание уделяется тому, по-моему, что это именно британская компиляция, изготовленная в Британии бывшим британским шпионом и в то время, когда Британия охвачена особенно острым припадком паранойи в отношении России.

Сам Стил — это человек, как ни взгляни, полностью охваченный этой паранойей. Его более ранняя роль в подготовке докладов и предполагаемой роли России в убийстве Литвиненко и заявке на Чемпионат Мира, как и по сути в украинском кризисе, заставляют предположить, что он играл немалую роль в их создании.

Однако Стил не единственный британский сотрудник или бывший сотрудник, который играл активную роль в Рашагейте.

Сам Стил известен, например, тесными связями с Дирлавом, бывшим директором  MI6, который назвал Корбина «явной и настоящей опасностью». По-видимому, Дирлав и Сил обсуждали досье «золотой душ» на встрече в лондонском, в «Гаррик-клубе» (клуб актёров, основан в 1831), приблизительно в то время, когда Стил был на связи с ФБР по этому делу.

Ещё одним намного более важным британским сотрудником, который играл активную роль в «Рашагейте», был Роберт Хэнниген, глава Центра правительственной связи (GCHQ) — британского эквивалента АНБ — который посетил США летом 2016 года для брифинга в ЦРУ относительно британской озабоченности предполагаемыми контактами между русскими и представителями избирательного штаба Трампа.

Хэнниген: Привёз досье Стила в ЦРУ.

Хэнниген: Привёз досье Стила в ЦРУ.

Хотя факт поездки Хэннигена в Вашингтон летом 2016 года был впервые озвучен в апреле 2017-го, никогда не подтверждалось, что досье Стила, которое он привёз показать  ЦРУ, было частью доказательств мнимых контактов между русскими и представителями Трампа. Однако это настоятельно подчёркивалось в статье в «Вашингтон Пост» 23 июня 2017-го, где помимо прочего говорилось следующее:

«В начале августа прошлого года в Белый Дом поступил конверт с чрезвычайными ограничениями по обращению. Доставленный курьером из ЦРУ, он содержал инструкции (только чтения) с тем, что его содержимое должно быть показано лишь четырём людям: президенту Барака Обаме и трём его старшим помощникам.

Внутри содержалась разведывательная бомба, доклад, составленный источником глубоко внутри российского правительства с подробностями прямого участия президента России Владимира Путина в кибер-кампании, имеющей цель сорвать и дискредитировать президентскую гонку в США.

Но и это ещё не всё. Разведка перехватила особые инструкции Путина с дерзкими целями операции — поражение или как минимум ущерб кандидату от партии Демократов, Хиллари Клинтон, и помощь её противнику, Дональду Трампу…

Вмешательство ЦРУ произошло на стадии президентской кампании, когда Трамп стал кандидатом Великой Старой Партии, но всё ещё считался маловероятным победителем. Клинтон занимала уютное главное место в опросах, и Обама ожидал, что передаст власть тому, кто работал в его кабинете.

Сведения секретного характера по Путину были на чрезвычайно многочисленных уровнях, в том числе и по искусству шпионажа.

Для шпионских агентств получение инсайда о намерениях иностранных руководителей стоит среди высших приоритетов. Но Путин замечательно ускользающая мишень. Бывший офицер КГБ, он принимает предельные меры предосторожности, чтобы уберечься от наблюдения, редко связывается по телефону или компьютеру, всегда  управляет чувствительными государственными делами из глубоких недр Кремля».

Это почти определённо отсылает к ранним вступлениям досье Стила, о которых единственный существующий отчёт говорит, что они «имеют источник глубоко внутри правительства России (и даёт подробности) о прямом участии президента России Владимира Путина в кибер-кампании по срыву и дискредитации американской президентской гонки».

«Вашингтон Пост» утверждает, что доклад ЦРУ Обаме выстроен на «решающей технической разведке о России, предоставленной другой страной».

Это указывает на Хэннигена, как источник, причём о Хэннигене известно, что он посетил США и провёл брифинг в ЦРУ приблизительно в то время, когда ЦРУ направило доклад Обаме.

Вероятно, Хэнниген предоставил ЦРУ мешанину записей в качестве доказательств и первое введение к досье.

Записи, вероятно, давали подробности сбивающих с толку, но в итоге безобидных контактов молодого лондонца — помощника Трампа в кампании Джорджа Пападопулоса из Лондона, которые у него были с русскими. Весьма вероятно, что британцы присматривали за ним по просьбе США, что они могли делать для США без ордера согласно Закону о надзоре за иностранными разведками (FISA), поскольку Пападопулос обосновался в Британии

Вместе с первыми вступлениями досье подробности деятельности Пападопулоса легко можно неверно истолковать, чтобы составить привлекательное дело о сговоре между участниками кампании Трампа и русскими. Учитывая атмосферу паранойи относительно России в Британии, было бы неудивительно, что это встревожило Хэннигена.

Нет нужды говорить, что если отрывки из этого досье действительно были предоставлены ЦРУ главой одной из самых значимых разведывательных агентств Британии, то значительно легче становиться понять, почему ЦРУ и остальное разведывательное сообщество США восприняло это столь серьёзно.

Халпер: проникновение в кампании Картера и Трампа.

Халпер: проникновение в кампании Картера и Трампа.

Кроме того, есть ещё и дело Стивена Халпера, американского учёного, читающего лекции в Кембриджском университете, друга и делового партнёра Дирлава. Халпер был внедрён в кампанию Трампа ФБР в начале июля 2016  года его лондонским другом Пападопулосом. В 1980 году ЦРУ внедряло Халпера в кампанию переизбрания Джимми Картера, чтобы помочь лагерю Рейгана красть информацию, в том числе брифинговые записи Картера перед президентскими дебатами.

Достаточно сказать, что британские первоисточники досье, по-моему, недооценены, равно как и их масштаб и убедительность для высших кругов Британии до того, как они оказали  ощутимое влияние на США.

В целом, хотя британская роль в «Рашагейте» известна не полностью, существующая информация указывает, что она была очень значима и важна. На самом деле, маловероятно, что скандал «Рашагейт», каким мы его знаем, мог бы случиться без неё.

Как таковой, такой скандал, как «Рашагейт» служит хорошим примером того, как паранойя Британии может повлиять на политический процесс в другой западной стране, в данном случае в США.

Кампания против России

На самом деле «Рашагейт» лишь крайний пример того, что анти-российская одержимость Британии разрушает международную обстановку, хотя её влияние на развитие событий внутренней политики США наиболее значимо.

Есть и множество других. Например, британцы оказались среди самых непримиримых сторонников продолжения санкций против России из числа ведущих западных держав. Например, Британия известна тем, что активно — хотя пока и безуспешно — добивается, чтобы российские банки были отрезаны от системы межбанковских платежей  SWIFT, что в случае если это произойдёт, будет самой жёсткой санкцией Запада против России на данный момент.

Помимо влияния на международную обстановку постоянного анти-российского лоббирования британского правительства, есть ещё и дальнейший эффект бесконечного барабанного боя анти-российской агитации, изливающейся от британских СМИ и различных базирующихся в Британии организаций и НКО.

Это исходит от укрепившихся организаций, вроде «Международной амнистии» — которая извратила дело против членов «Пусси Райот», утверждая, что они осуждены за «концерт в церкви» — до других менее известных организаций, вроде «Бэллингкэт» и «Сирийской обсерватории по правам человека», обе базируются в Британии. Как оказалось, «Сирийская обсерватория по правам человека» известна тем, что финансируется  британским правительством, как в итоге, оказалось, и «Белые каски».

Кроме того, Билл Браудер, бизнесмен, который успешно добивался принятия американским Конгрессом Акта Магницкого, и теперь ведёт непрерывную кампанию против России, ныне тоже живёт и Британии и имеет британское гражданство.

Повсеместная доступность британских СМИ — результат всемирного использования английского языка и международного отношения к отдельным британским СМИ, поскольку «Би-би-си» тут во главе — означает, что этот постоянный поток анти-российских публикаций из Британии обладает всемирным значением и влияет на то, что надо принимать во внимание в любом изучении нынешних международных отношений.

Рами Абдул Рахман: единственный в Обсерватории.

Рами Абдул Рахман: единственный в «Обсерватории».

Цена одержимости

Одержимость британского истеблишмента Россией просто загадочна.

Сегодня Британия не является геополитическим соперником России, как было в 19 веке и каким является США сегодня. Британский антагонизм к России, следовательно, нельзя объяснить как результат геополитического конфликта.

Россия не представляет военной или политической угрозы Британии, В истории не бывало, чтобы Россия угрожала или вторгалась в Британию. Россия не является экономическим соперником Британии, а российское проникновение в британскую экономику  минимально и крайне преувеличено.

Иногда говорят, что есть кое-что в современной России, что британцы находят культурно, идеологически или политически безвкусным, и это и является причиной жёсткой враждебности Британии в отношении России. Однако у Британии нет проблем в дружбе с различными странами, вроде монархий Залива или Китаем, которые культурно, идеологически и политически намного более отличны от Британии, чем Россия. Логично было бы, если бы они были больше не по вкусу Британии, чем Россия, но по-видимому, это не так.  В данных случаях экономические интересы явно превалируют над любыми озабоченностями правами человека.

Однако в итоге сама точная причина одержимости британского истеблишмента Россией на самом деле значения не имеет. Имеет значение то, что это одержимость, которую и надо признать таковой, и что  как любая одержимость она по сути разрушительна.

В случае Британии одержимость не только коррумпирует внутреннюю политику Британии и работу её учреждений.

Она ещё и изолирует Британию, ограничивает её возможности и вызывает растущее раздражение у некоторых её друзей.

Кроме того, она ослепляет британцев, не давая увидеть их возможностей. Если бы британцы могли оставить свою одержимость Россией в прошлом, то могли бы заметить, что в то время, когда они уходят из Европейского Союза, у России потенциально есть многое, что она могла бы им предложить.

Иногда говорят, что Британия производит мало того, что необходимо России, и действительно торговля между Россией и Британией очень мала, и большую часть необходимого импорта России обеспечивают такие страны, как Германия и Китай.

Однако Британия способна обеспечить России единственную вещь, в которой вероятно Россия больше всего нуждается на данной стадии своего развития. Это не оборудование или технологии, что она прекрасно способна произвести сама, а единственное, чего действительно ей не хватает — инвестиционный капитал.

В 19 веке британский капитал сыграл ключевую роль в индустриализации Америки и открытии американского Запада. Нет никакой логической причины, почему он не может сделать нечто подобное сегодня в России. На самом деле союз крупнейшего финансового центра Европы (Британии) и потенциально наиболее продуктивной экономики Европы (России) очевиден. В двадцатом веке давняя история экономического участия Британии в США дала прекрасные политические дивиденды. Возможно, то же самое в один прекрасный день может случиться между Британией и Россией. Вне зависимости от этого экономические связи с Россией как минимум обеспечили бы Британии план экономического будущего вне ЕС, что из-за Брексита крайне ей необходимо, но на данный момент полностью отсутствует.

Чтобы нечто подобное случилось, британцам для начала надо обратиться к реалиям своей одержимости и ущербу, которые она наносит. Тогда они могли бы даже начать что-то с этим делать. Относительные успех Британии после 1960-х в преодолении других форм расизма и предубежденности, издавна существовавших в Британии, демонстрирует, что это возможно, если проблема осознана и с ней работают. Однако, я вынужден сказать, что на данный момент никаких признаков этого не видно.

А пока остальному миру надо понять, что когда речь идёт о России, британцы охвачены серьёзным недугом. Не сумев ограничить распространение инфекции с пагубными последствиями, мы получили скандал «Рашагейт» в США.

Есть даже вероятность, что отказ прислушиваться к британцам в отношении России мог бы хорошо повлиять на Британию. Если британцы осознают, что мир к ним больше не прислушивается, то они могли бы начать понимать масштаб собственной проблемы.

А если так, то мир оказался бы Британии услугу, пусть даже на данный момент британцы этого не понимают.

Примечание:

* — организация, запрещённая в РФ.

Обсудить на форуме

Google+