Россия

В Москве с С. Ивановым

Один из моих первых полётов на этом самолёте состоялся в феврале 2007 году в Севилью (Испания), на встречу министров обороны, а затем на Мюнхенскую конференцию по безопасности. Находясь в Севилье, я встретился с Сергеем Ивановым, который приблизительно шесть месяцев как был министром обороны России, и вскоре должен был стать первым заместителем премьер-министра.

 

Подробнее...

Помимо Ирака. Замысловатый Мир

С президентом Бушем в Ираке

Ни президент, ни военное время не доставляли мне роскоши сосредоточиться на одной единственной проблеме. Не был исключением и Буш 43. Действительно, за последние два года правления его администрации мы столкнулись с рядом серьёзных вызовов в России, Сирии, Иране, Израиле, Пакистане, Северной Корее, НАТО, Восточной Европе, Грузии и, кроме всего прочего, с пиратством. Все вместе эти проблемы отнимали немало президентского времени, и времени руководства его аппарата национальной безопасности, столько же, если не больше, чем войны в Ираке и Афганистане. И некоторые из них провоцировали между нами серьёзные разногласия.

Подробнее...

Война из-за войны

Президент Буш, вице-президент Дик Чейни, Джош Болтон, Стив Хэдли и я в Овальном кабинете Белого дома

Весной 2008 года назрел жизненно важный вопрос перегруженности военных служб планированием, снаряжением и подготовкой к будущим главным войнам с другими государствами-нациями при отведении меньших приоритетов текущим конфликтам и всем другим формам конфликтов, наподобие нерегулярных или ассиметричных войн. Он оказывался в центре всех других битв с Пентагоном, которые я уже описывал. За мои четыре с половиной года на посту министра это был один из немногих вопросов, где мне пришлось принимать вызов председателя и всего Объединённого Комитета.

Подробнее...

Раненые воины

В Афганистане. Разговор о бронемашинах

Я считаю, что показ скандальных проблем с амбулаторным лечением раненых воинов в Медицинском Военном центре Уолтер Рид оскорбил высшее военное руководство служб и всего департамента обороны. Я всегда был убеждён, что они были не в курсе бюрократических и административных кошмаров, с которыми слишком часто сталкивались наши раненые, проходящие амбулаторное лечение, равно как и не в курсе организационных, финансовых проблем и трудностей с качеством жизни, стоявших перед нашими ранеными военными и их семьями. Скандал вызвал многочисленные обзоры и исследования всего опыта раненых воинов, а департамент и службы одновременно начали коррективные действия.

Подробнее...

Разведка, контроль и рекогносцировка

В Кандагаре, Афганистан, осматриваю дрон M-29 Reaper

Время от времени мне приходилось иметь дело с заслуживающим осуждения мышлением мирного времени в Пентагоне. К осени 2007 года моё терпение было на исходе. 28 сентября я собрал у себя всех старших официальных лиц департамента – военных и гражданских – чтобы вынести им строгое предупреждение. Я сказал, что для наших командующих и войск на местах боевых действий «различие между принятием решения завтра вместо следующей недели или доставка партии техники на следующей неделе вместо следующего месяца крайне велика. Это департамент был в состоянии войны более шести месяцев. И мы всё ещё использовали процессы, которые были едва ли адекватны операциям мирного времени и дорого стоили во время войны». Я сказал им, что независимо от того, была ли проблема в расценках на бронетехнику, усилении разведки, контроля, освещения рекогносцировки или регистрации перемещений войск, мне было ясно, что дела, как обычно «редко соответствовали нуждам наших наземных войск». Я поставил перед ними задачу найти возможности применять срочность и желание «взбудоражить», если это касается получения чего-либо для того, чтобы вести сражения быстрее или большим количеством: «Разница между получением чего-либо нашими силами в следующем месяце и в следующем году просто драматична … Мы все должны показывать ежедневную готовность рассматривать каждое решение и план, влияющие на наши боевые операции, сквозь призму того, как сделать это быстрее, более эффективно и с лучшим результатом».

Подробнее...

Воюю с Пентагоном

На заводе, выпускающем бронемашины

С января 2007 года у меня появился новый командующий в Ираке, новая стратегия и 30 000 дополнительных войск. Их успех потребовал чувства полной приверженности Департамента Обороны, которого, как я с изумлением понял, не существовало. Одно дело для страны и большей части исполнительной ветви правительства – не чувствовать вовлечённости в войну, но для Департамента Обороны – «департамента войны» – это было просто неприемлемо.

Даже при том, что народ вёл две войны, ни в одной из которых мы не побеждали, жизнь в Пентагоне, когда я прибыл туда, была по большей части по обыденному деловой. Я обнаружил немного чувства срочности, озабоченности или пыла в отношении весьма мрачных ситуаций. Ни старшие военные офицеры, ни гражданские служащие не подходили ко мне, злясь на снижающееся значение наших военных и гражданских усилий в войнах, необходимость большего или иного снаряжения или больших войск, необходимости новых стратегий или тактик. Было ясно, почему именно мы испытываем неприятности и в Ираке, и в Афганистане: после первоначальных успехов в двух странах, когда ситуация стала ухудшаться, президент и его высшие гражданские советники и высшие руководители войска не осознали, что большая часть предположений, на которых основывалось изначальное военное планирование, оказалась неверной; а никаких необходимых корректировок проведено не было. Фундаментально ошибочная оценка состояла в том, что обе войны будут короткими, и что ответственность за безопасность будет быстро передана иракским или афганским силам. С лета 2003 года в Ираке и с 2005 года в Афганистане, после месяцев и даже лет в целом оптимистичных прогнозов – к середине 2006 года ни высшие гражданские чиновники, ни генералы не были уволены, не было и значительных изменений стратегии, и никто во власти не забил тревогу из-за того, что мы практически не продвигались ни в одной войне, и что, по сути, существовали все признаки ухудшения ситуации. (Позже мне говорили, что кое-кто из сотрудников АНБ, ЦРУ и Госдепартамента обращали на это внимание, не безуспешно.)

Историк Макс Хейстингс писал в книге «Инферно», что «это характерно для всех конфликтов: пока враги не начнут стрелять, топить корабли и наши любимые – или товарищи, как минимум – не начнут умирать, даже профессиональные военные зачастую не ощущают срочности и беспощадности». В конце 2006 мы уже воевали в Афганистане более пяти лет, а в Ираке почти четыре года. Враг давно стрелял, многие наши солдаты погибли, а гражданские и военные руководители и командиры всё ещё не ощущали «упорства и беспощадности». Я считал, что на мне лежит ответственность изменить это положение.

Подробнее...

Становлюсь «солдатским министром»

27 октября я представил Дэна Морана к медали  в перерыве игры во время домашнего футбольного матча в Техасском университете

Как президент Техасского агротехнического университета я посвятил много времени и усилий заботе о соблюдении прав студентов. Они часто присылали мне жалобы по электронной почте, и всякий раз, когда, по моему мнению, ущемлялись их законные права, что случалось довольно часто, я был уверен, что университет откликнется. Я приглашал президента студенческого союза быть постоянным участником моих совещаний с сотрудниками. Я участвовал в бесчисленных студенческих мероприятиях. Во многих крупных университетах президент для студентов – всего лишь имя. Я хотел, чтобы они думали обо мне как об их защитнике в этой обширной бюрократической структуре. По общему мнению, мне удалось создать такие хорошие отношения и репутацию. Как отмечалось выше, в последний день моей работы со мной пришло попрощаться десять тысяч студентов.

Подробнее...

Команда Буша

На саммите НАТО в Будапеште с президентом Бушем и госсекретарём Райс, 2008 год

Я присоединился к администрации Буша в конце шестого года её существования. Ни президенту, ни вице-президенту не предстояло заступить на свой пост в очередной раз. Этот факт оказывал сильнейшее влияние на атмосферу и обстановку в Белом доме. Закоренелые идеологи и политические советники с острыми локтями, такие могущественные в первый срок, почти исчезли. Все взоры теперь были обращены на наследие, историю, незавершённые дела и, прежде всего, на Ирак.

Среди всех книг и статей, которые я читал об администрации Буша, я встречал мало таких, которые бы давали надлежащую оценку персонального воздействия 9/11 на президента и его старших советников. Я не собираюсь «подвергать психоанализу» Буша или кого-нибудь ещё через призму исследования их чувств и реакций, но мои взгляды основываются на личных доверительных разговорах с ключевыми фигурами администрации после присоединения к администрации, и на результатах собственного наблюдения.

Подробнее...

Убрать преграды, найти союзников

На очередном совещании

К началу книги

Чтобы продвигать реализацию стратегии в Ираке, мне необходимо было тушить – или по крайней мере держать под контролем – множество политических и бюрократических конфликтов: с высшим военным руководством, Конгрессом, СМИ, с другими службами, включая Государственный департамент и разведывательное сообщество. Чтобы научиться этому, потребовалась масса времени и энергии в первые месяцы моей работы на посту министра. Как вы понимаете, я также был полон решимости установить особую связь с нашими военными, особенно с теми, кто находился на линии фронта. Как я смогу общаться с ними и дать им уверенность, что министр обороны лично их прикрывает и будет их защитником и покровителем и Пентагоне и Вашингтоне?

Подробнее...

На переговорах

Позже были рассказы, что я уволил Пейса и вице-председателя, адмирала Эда Джиамбастиани. «Уолл Стрит Джорнал» в редакционной статье написал, что я уступил дело секретаря сенатору Левину. По правде, меня больше всего тревожили отсутствие поддержки Пейса республиканцами и их слабая поддержка наращивания и войны. Я ранее просил Джиамбастиани остаться заместителем председателя ещё на год, при условии, что Пейс будет утверждён на второй срок. Когда мне пришлось обратиться к Майку Муллену, Эду пришлось уйти с поста, ведь по закону председатель и его заместитель не могут быть из одного рода войск. Мне было жаль терять Эда в команде, потому я попросил, если ему интересно – стать командующим Стратегического Командования. Он отказался и ушёл в отставку.

Подробнее...